Борьба за медицинский вуз никому радости не принесла

23 февраля 2018, 01:29
0
102

Академия экологии и медицины

Борьба за медицинский вуз никому радости не принесла
Попытки бывшего ректора Академии экологии и медицины восстановиться в должности привели к углублению конфликта, а помощь ему известного правозащитника — к проигрышу судов
Прошлой весной в Киеве разразился скандал: в Академии экологии и медицины «рейдеры» бандитскими методами забирают власть у действующего ректора. На интернет-ресурсах начали время от времени появляться статьи, в которых фигурировали известные в столичной медицине фамилии врачей, которые якобы и «отжали» академию, рассказывалось о их «порочащих» связях с бандитами, «регионалами», «титушками».  Все это гадко выглядело и дурно пахло. Несколько недель назад бывший проректор Михаил Салюта встретился с теми, кого считал своими врагами, и признался, что… сам пострадал в этой ситуации. 
Обещание помощи известного правозащитника, которого ему в пылу обиды посоветовали знакомые, обернулось против него же. И теперь сам проректор боится того, что от его имени скандал и дальше будет поддерживаться в активном состоянии, хотя он сам против грязных приемов. «Тем более, что я проиграл все суды, которые должны были восстановить меня в должности, — вздыхает Михаил Ефимович. — Когда я лично встретился с нынешним ректором и преподавательским составом, после того, как мы проговорили все спорные вопросы, оказалось, что цель и желания у нас одни: чтобы академия работала, чтобы студенты учились. Для этого нужно проработать некоторые организационные вопросы и восстанавливать репутацию вуза. И все это мы можем делать командой. Все вместе. В принципе, еще полгода назад мои амбиции утихли, и я готов был к такой встрече и поиску точек сотрудничества, но мой адвокат, который на самом деле оказался скандально известным правозащитником, все делал, чтоб она не состоялась. Моя огромная ошибка в том, что я сразу сам не пытался найти контакт со своими же партнерами. Теперь пытаемся отыграть все в обратную сторону».  Но давайте обо всем по порядку. 
«Все эти суды, конфликты меня ужасно вымотали. Ничего подобного со мной никогда не было. И вот эти все попытки восстановиться —  самая большая глупость, которую я делал»
— Моя вторая диссертация была посвящена созданию учебных заведений в Украине во время  переходного периода, — говорит доктор медицинских наук, профессор Михаил Салюта. — Я сам окончил три вуза, включая юридический факультет Национального киевского университета имени Тараса Шевченко. По врачебной специальности я врач-стоматолог.  Но более десяти лет занимался организацией учебных заведений. В общей сложности сделал их аж семь. Сначала в школе ввели углубленное изучение медицины, что давало возможность поступать в колледжи. Три колледжа открыл. Потом был колледж театра и кино, который проповедовал здоровый образ жизни. А затем шагнул еще дальше и открыл институт экологии и медицины, после чего создал еще один колледж, но уже международный. 
— Какая связь между экологией и медициной? Странное как для меня название академии...
— Когда специалисты всего мира стали глубже  понимать причины заболеваемости, то пришли к выводу, что никогда не удастся справиться ни с одной патологией, если во время лечения не будем учитывать экологический фактор. Так возникла идея создания такого института. Он начал работать в Киеве в 2001 году. При  министре образования Дмитрии Табачнике к нам пришла комиссия, которая сделала ряд замечаний. В силу разных причин, в том числе конфликтов, возникших внутри самого преподавательского коллектива,  пришлось закрыть вуз, и сразу открыть академию с тем же названием. Это был уже 2011 год. Но тогда я с экологией поторопился. Наших выпускников не хотели брать на работу. Тогда для них мест еще не было. Это сейчас уже более понятными стали вопросы мусора, санитарной безопасности. Кроме того, мы готовили врачей-стоматологов и лечебников. И сделали лабораторную диагностику, как начало экологического направления. Первых наших подготовленных специалистов полностью забрал Институт экогигиены и токсикологии имени Л. И. Медведя Министерства здравоохраненияУкраины. Потому что лабораторий у нас много, а тех, кто знает, как работать, нет.
Закон «Об образовании», который был принят уже после революции достоинства при Лилии Гриневич, стал более лояльным к частным вузам, я бы даже сказал – более демократическим. Появилось много пунктов, который дали возможность работать по-другому, мы стали зарабатывать больше денег, повысили зарплаты, мы смогли купить интерактивные доски, компьютеры. Украина прозвучала в мире. Страна громко заявила, что реформирует систему образования. Интерес со стороны иностранцев тут же увеличился. И мы стали набирать студентов из-за рубежа. У нас учатся представители 38 стран. Есть студенты из Африка, Индии... 
Мы перешли на преподавание на английском языке, стремились повышать качество обучения. Один из учредителей академии Игорь Чермак предложил  расширить число учредителей, чтобы можно было расширить нашу базу и добавить еще одну специальность. Например, гинекологию. Новый учредитель предложил для учебного процесса базу столичного роддома №5 и акушерского отделения больницы №1. Мы обрадовались. Это сулило отличные перспективы развития. 
Когда мы начали работать с большим размахом, выяснять, что некоторые иностранные студенты мошенничали. Они, переводясь к нам, оказывается, какие-то предметы не сдавали в других вузах – харьковском, одесском… Кроме того, существуют такие люди – контрактеры. Они ведут группу студентов, которые приезжают учиться в другую страну. Они договариваются и о цене обучения. У нас была очень лояльная стоимость – 1тысяча  800 долларов за год. Хотя, например, учеба в киевском медуниверситете имени А. Богомольца  обойдется в 3 тысячи 200 долларов за год.
Студентов, у которых были проваленными какие-то дисциплины, мы подтягивали, с ними занимались преподаватели. Естественно, за отдельную плату. И вот это оказалось возможностью для появления в нашем вузе коррупции. Занимались меньше, а деньги брали в полной мере...
Мы находимся в одном здании с институтом народной медицины. В нем начала работать проверка, потому что некоторые их иностранные студенты «прятались» за институтом. На самом деле работали на рынках, а числились, как студенты. Открылись и  факты продажи дипломов. А так как некоторые студенты института народной медицины переводились к нам, проверка перешла к нам.
И выяснилось. Для того, чтобы студент находился в Украине, нужно особое свидетельство студента. У некоторых наших иностранцев они были просроченными. Приезжает такой студент из Одессы, говорит – у меня справка просрочена. «Да ничего страшного, — говорят ему в деканате. — Сейчас решим». И давали справку, что иностранец учится в нашем вузе. А студент - персона нон-грата. И это тоже позволяло ему работать и находиться в стране. Для справки же гражданина нужно выезжать из страны, писать письмо в посольство. Пересечение границы в таком случае было обязательным. Но это же дорого – полет в родную страну и обратно. К нам перевелись из института народной медицины 18 человек. Их дела передали в прокуратуру.
Кроме того, я не успел оформить лицензию на обучение еще 60 студентов. Пропустил сроки. А это потянуло за собой то, что приехавшие из-за границы студенты были зачислены не на первый курс, как поступали, а на подготовительный. Естественно, приехавшие из Индии ребята и их родители были возмущены. 
Были еще вопросы ко мне, связанные со студенческими общежитиями. Мы купили квартиры, сделали ремонты, но не успели сделать необходимое количество комнат, хотя часть студентов успели даже расселить. Но проблема с жильем оставалась все еще острой. И в этом вопросе ко мне появились претензии, что я использовал  служебное положение в личных целях. Деньги же на покупку квартир я брал из кассы академии...
И за все эти серьезные недоработки я был наказан. Меня отстранили от руководства академией. Ведь я за все отвечал. 
На общем собрании я выступил, сказал, что с этого момента другой человек исполняет обязанности ректора и передал бразды управления Ирине Дорошенко. Для нее это было совсем новое дело.
Меня отстранили. И ко мне подошли люди, которые хотели мне добра. Как выяснилось гораздо позже, в кавычках. Они подошли: как же так, нужно тебе помочь и восстановить в должности. Дали мне телефон Эдуарда Багирова. Понятно, что я не хотел уходить, мне было обидно оставлять все, что я создал. И я ухватился за возможность хоть что-то отыграть. Было написано заявление в комиссию при министерстве юстиции о неправильном оформлении протокола общего собрания. Министр принял решение аннулировать решение собрания, но к тому моменту уже произошла перерегистрация новой комиссии академии. И решение министра не имело силы. Багиров сначала долго все опротестовывал, но это было бессмысленно. В суд мы обратились спустя год после моего отстранения. 
И только после того, как я лично увидел, что мой защитник не может составить иск в суд, не умеет оформлять юридические документы, до меня начало доходить,  что он не адвокат. Неквалифицированное поведение Багирова, его  некрасивые методы ведения дела, стремление устраивать шоу, постоянные обвинения моих визави, ни на чем не основанные, мне не нравились. Это все было не в ту степь. 
Когда я встретился с грамотными юристами, мне сразу четко сказали: не нужно воевать. Нет смысла. Я позвонил Багирову и сказал, что узнал не от него, а от других людей, что мы проиграли суд против министерства юстиции. «Ты же мне врешь, — возмущался я. — Водишь меня за нос». Он предложил: давай встретимся и наметим, что будем делать дальше. Я отказался: нет, мы закончили с тобой все дела. «Я дам тебе адвоката», — внезапно предложил он. «Не надо», — ответил я. Боюсь, он может делать еще какие-то гадости от моего имени, потому что имеет от меня доверенность. Была такая ситуация. Багиров мне предлагал: «Дай мне деньги, а я отнесу их следователю. И ты напиши, что он попросил у тебя взаймы». Я сказал, что такого делать не буду. 
Этим летом было вынесено решение административного суда. Еще до этого я понял, что мой помощник больше мне вредит, чем ведет дело. Я обратился к адвокатам – давайте искать пути примирения. Мы проиграли все суды, которые только можно. Я несколько раз сказал Багирову: встречайся со всеми, договаривайся о нашей встрече. Он мне говорил, что общался с моими партнерами, но меня с собой почему-то никогда не брал. Объяснял это тем, что я не сговорчивый. И однажды я пошел к новому ректору и соучредителям сам. Мы начали искать выходы из сложившейся ситуации.
Я заинтересован восстановить доброе имя академии, восстановить контакты с посольствами. Ведь индусы после скандалов обратились в свое посольство и перевелись в другие вузы. Кроме того, я готов восстановить рабочие взаимоотношения со соучредителями. Я для себя все решил.
— Вы будете пытаться снова стать ректором? 
— Нет, не хочу. Ирина Дорошенко уже, кстати, не ректор. Академия готовила специалистов, но во всем мире выдают дипломы магистров. Нам обещали, что наши дипломы будут приравнены к магистерским. Дорошенко не получила лицензию, которая это позволила бы... Поэтому ее отстранили. Я бы хотел, чтобы академия работала, как положено, выдавала правильные дипломы. Работы море. Я могу организовывать и вести медицинский туризм, набор студентов, развитие лицензий. Если мы со соучредителями найдем варианты доверять друг другу, то все возможно.
Все эти суды, конфликты меня ужасно вымотали. Ничего подобного со мной никогда не было. И вот эти все попытки восстановиться —  самая большая глупость, которую я делал.
«Командой работать лучше и правильнее»
— Наша сторона была приглашена в соучредители академии, — говорит соучредитель академии Владимир Семерей. — Так как мы работаем и с медуниверситетом имени А. Богомольца, нам было интересно расширить работу. Но многие моменты, например, иностранные студенты, которые недавно появились в вузе, были не изведанными для нас. Но именно это и повлекло за собой  последующую цепочку событий. Сначала вылезла проблема со справками гражданина страны.  Этим умело пользовались мошенники. Их выдавали и тем, кто не хотел учиться, а таким образом через Украину, транзитом хотел попасть в Европу. Были и такие. Также они помогали тем, кто хотел избежать службы в армии. 
А против одного из контрактеров, гражданина Индии Пандея, и вовсе возбуждено уголовное дело. Это и послужило толчком для конфликта академии с посольством Индии. Раньше в академии на разных курсах учились 204 студента из этой страны. А теперь около пятидесяти из них подали заявления, что они хотят перейти в другие вузы. Скандалы подобного рода порочат не только наш вуз, но и страну. У нас учится один американец, есть ребята из Казахстана, Индии, Ганы, Нигерии, Пакистана, Узбекистана, Грузии. И все они дома будут рассказывать о том, что творится в вузе. 
Суммы, которые платили этому человеку, в три-четыре раза превышали стоимость учебы. А он сказал, что платил разницу преподавателям. И ректора называл в том числе. Кроме того, студентам говорил, что они учатся на первом курсе, а на самом деле они были на подготовительном. Что стоит гораздо дешевле. 
Знал обо всем этом Михаил Ефимович или нет, это все равно не снимает с него ответственность. 
И представьте себе, мы начинаем работать в академии, нас убеждали, что все в ней хорошо, что мы будем заниматься образовательным процессом, а на следующий день начинаются обыски, изъятие компьютеров. А Багиров не только обманул отстраненного ректора, но и вылил огромное количество грязи на ни в чем не повинных людей. Опорочены те, кто даже не имеет отношения к этому вузу. Правозащитник ставил под сомнение заслуги в науке известного киевского врача, который работает со студентами, гадко высказывался по поводу его акушерской практики. И продолжает это делать и дальше, хотя отношения с Михаилом Салютой у него разорваны. Мало того. Люди, которые выступили адвокатами и юристами со стороны академии, также были опорочены Багировым, он ищет огрехи в их биографиях, связывает их с какими-то известными фамилиями...
— Много сложностей в работе академии на данный момент? 
— В процессе работы вылезли те моменты, которые требуют исправления. Это касается не только академии, но и всех вузов. Везде, где учатся иностранцы, возникают подобные ситуации. Особенно это касается тех студентов, которые пришли не на первый курс, а уже где-то учились. Есть иностранцы, которые приносят документы с печатями крымского университета, а он теперь находится на оккупированной территории. Часто предоставляют бумаги из донецкого и луганского университетов. Это то, что невозможно проверить. Но именно эти документы послужили основой для того, чтобы этих людей принять, хотя есть сомнения, что они там учились.
Ректорат действительно был полностью изменен после всего случившегося. Преподавательский состав в академии сильный. Студенты, которые хотят учиться, довольны знаниями, которые они получают. Мы вовремя пресекли многое. В вузе не успели продать ни один диплом.
— Насколько вы готовы сотрудничать с бывшим ректором? 
— Командой работать лучше и правильнее. Мы сразу готовы были к сотрудничеству. Но Михаил Ефимович, к сожалению, нашел единомышленника, который фактически довел его до скамьи подсудимых. Вся эта история обросла небылицами и неправдой. Наши конкуренты руки потирали. Мы все искренне верим, что все это уже осталось в прошлом. 

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Новости Киева
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.