Клиника

14 августа 2011, 17:41
Каналы коммуникаций
0
2649

Литературный экспромт

Все персонажи данного литературного экспромта являются реальными людьми. Их имена, как и их должности и характеры реальны. 

Зеленому тоннелю нависающих над проселочной дорогой сосен, кажется, не будет конца. Безусловно, это очень красиво – не часто можно встретить в нашей стране не отмеченную на картах столь живописную проселочную дорогу с идеальным асфальтом. Дорожное покрытие и вправду не хуже чем в европейских странах, а значит я почти у цели. Осознание этого моментально взбадривает мой угасающий оптимизм, неуклонно проигрывающий сомнениям последние полтора часа. Еще каких-то пять минут назад я уже начинал ругать себя за то, что послушал своего знакомого психиатра и поддался этой авантюре.

«Ты не поверишь, это единственная в Украине закрытая частная психушка! Я договорился с главным – тебя встретят, все покажут, расскажут, проведут экскурсию. О них еще никто не писал. Только слухи ходили, мол, главный там, применяя экспериментальные методики, лечит поехавших крышей бизнесменов и политиков. Это эксклюзив!». По-началу, я пропустил восторженный рассказ своего знакомого мимо ушей – ну психушка, и что? Как будто мало у нас в стране частных клиник различного направления. Однако мое безразличие тут же испарилось, когда я услышал название этой клиники.

Зеленый тоннель закончился так же неожиданно, как и начался, когда в поиске ориентиров, я кружил по проселкам, примыкающим к основной автомагистрали. Деревья расступились, и дорога с идеальным асфальтом вдруг закончилась прямо у высокой ограды, за которой, среди деревьев, виднелось огромное белое здание.

Бронзовая табличка «Только для персонала клиники» на стоянке, как и припаркованные машины, ясно давали понять, что клиника на самом деле элитная – весь персонал передвигался исключительно на дорогих авто, которые не может себе позволить рядовой офисный планктон.

Охранник в будке на воротах, изучив мои документы, нажал кнопку на селекторе и сообщил о моем приезде.

— Проходите. Прямо по аллее. Вас встретят у входа в клинику.

— Спасибо.

Тенистая аллея, выложенная добротной тротуарной, плиткой вывела меня к белому зданию лечебницы. Вблизи оно еще больше поражало своей роскошью и размерами. Обилие колонн, лепнины и пышность форм выдавали любовь архитектора к барокко, которую он не преминул реализовать.

Не успел я подняться по ступенькам на крыльцо, как огромная резная дверь распахнулась и мне на встречу вышла крупная дама лет сорока в белоснежном халате, украшенном на груди гербом или логотипом лечебницы.

— Здравствуйте! А мы вас уже давно ждем. Еще с полудня.

— Добрый день. Вас не просто найти. Я больше часа кружил по трассе. Этой дороги к вам нет ни на карте, ни в GPS-навигаторе.

Дама хитро улыбнулась и подмигнула:

— Я знаю. Вы уж извините, но для нас очень важна…конфиденциальность. Клиенты ведь у нас не простые. Кстати, меня зовут Вера Константиновна.

Я пожал теплую, крупную ладонь и представился.

— А где ваш главный? Наш общий знакомый обещал, что я смогу получить у него максимум информации о вашем…заведении.

Дама театрально закатила улыбающиеся глазки:

— Ой, вы знаете, главный был вынужден срочно уехать в столицу – у нас завтра появится новый пациент. Просил извиниться за него. А экскурсию вам проведу я.

— Хорошо. Ну, тогда показывайте вашу клинику.

Вера Константиновна тут же подхватила меня под руку, и мы вошли в холл. Внутри клиника впечатляла еще больше чем снаружи. Ничего похожего на больницу, и уж тем более на психушку в ней не было. Она, скорее, напоминала ялтинский отель «Оренда» и крымские санатории эпохи СССР. Мраморный пол, арки, кованые лестницы, гобелены на стенах, массивные бронзовые дверные ручки. С каждым шагом мне все больше и больше казалось, что я иду по реставрированному дворцу, а не по психиатрической лечебнице. А Вера Константиновна не умолкая рассказывала:

— Видите, у нас созданы уникальные условия для пациентов. Палаты у нас все одноместные. С сан.узлом и душевой. Везде беспроводной интернет, компьютеры. На третьем этаже у нас библиотека. На каждом этаже есть специальные залы для коллективной терапии, зоны отдыха.

— Извините что перебиваю вас, Вера, а где же все пациенты? Я заметил, что практически все…палаты пустуют.

— Сейчас почти все пациенты в парке. Это тоже, своего рода, терапия. У нас огромный парк. Мы сейчас туда спустимся, и вы сами все увидите.

Пройдя по коридору, мы вышли к большой мраморной лестнице, спускающейся на первый этаж клиники. Неожиданно сзади раздались быстрые шаркающие шаги, и из-за угла вынырнул коренастый лысый человек в голубой пижаме.

— Вера Константиновна! Я нашел! Теперь у меня есть все доказательства!

— Тише, Артем Олегович. Что вы обнаружили на этот раз?

Лысый мужчина полез за пазуху и вынул оттуда скомканные тетрадные листы, обрывки розовой туалетной бумаги, исписанной какими-то каракулями и с горящими глазами, продолжил:

— Вот! Ну, вот же, видите! Это все эта банда из пятой, восьмой и одиннадцатой палаты. Банда лысых! Я за ними проследил – они воруют у санитарок витаминки. Вы же сами сказали, что тем, кто строят, Мост больше витаминок будут давать. А они их воруют! И знаете, знаете, что самое страшное? Их покрывает Петров из сорок пятой палаты. А он же губернатор!

Неожиданно человечек подозрительно покосился на меня:

— А вы кто?

Вера Константиновна тут же поспешила вытащить меня из неловкого положения:

— Артем Олегович, это наш гость. Я проводу для него экскурсию.

— Ааа. Вы новый Смотрящий? Идемте. Они мне не верят. Я вас все расскажу. Это только вершина айсберга. Тут все погрязло в коррупции и бандитизме. Только я знаю правду. Мне можно доверять.

Лысый вцепился в рукав моего пиджака и потащил куда-то в сторону. Опытная Вера Константиновна тут же перехватила странного пациента, что-то жестко прошипела ему на ухо, и он моментально отпустил мою руку. Глаза пациента моментально потускнели, и он побрел дальше по коридору.

- Вы, пожалуйста, извините. У нас тут буйных нет. Артем обычно, спокойный, но иногда у него бывают такие легкие приступы.

— Понимаю, что это может показаться неуместным вопросом, но, кто он?

— Редактор. Не буду говорить, какого издания. Вы же понимаете – врачебная тайна и конфиденциальность. Сгорел на работе, бедняжка. Он у нас уже давно. Все никак не пойдет на поправку.

— А как часто излечиваются ваши пациенты?

— Ой, у главного уникальные методики. Часто! Вот, буквально, на прошлой неделе выписали очень солидного пациента – крупного бизнесмена. Он сейчас в столице. Крупная шишка. В благодарность даже завалил нас всех подарками — элитным алкоголем. Это его бизнес.

Мы спустились на первый этаж, и вышли через заднюю дверь в парк, размеры которого поражали даже больше, чем само здание лечебницы. Высыпанные гравием дорожки змеились среди крон огромных сосен, тут и там виднелись беседки, в которых пациенты играли в шахматы и занимались своими делами.

Пройдя по аллее, мы вышли к большой игровой площадке, которую пересекал небольшой стремительный ручеек, на берегах которого пятеро или шестеро пациентов что-то мастерили. Вера Константиновна, перехватив мой удивленный взгляд, тут же пояснила:

— Это одна из наших игровых зон. А это тот самый мост, о котором говорил Артем Олегович. Это тоже терапевтическая методика. Нашим пациентам необходим коллективный труд. Взаимодействие. Поэтому мы придумали строительство моста через «Днепр». Так мы называем ручей. Кстати, вы заметили таблички в коридорах клиники?

— Да, конечно. Удивился очень. Они напоминают указатели улиц. И названия соответствующие.

— Да-да. Вы правильно мыслите. Вся наша клиника – это Город. Прямо как в нашем названии. Мы погружаем наших пациентов в альтернативную реальность, которая снимает психологическую и эмоциональную разгрузку. Я вам дам потом наши брошюры. Там все наши методики описаны доступным и понятным языком. Это очень интересно.

Пока я слушал Веру Константиновну, от группы пациентов, строящих мост, отделился низкорослый человечек, своей комплекцией и раскосыми глазами напоминающий фигурку японских нецке, и подошел к нам.

— Уважаемая Вера Константиновна, к сожалению, вынужден сообщить, что дальнейшее строительство Моста затруднено отсутствием необходимых средств. Нам нужно еще витаминок, иначе мы просто не успеем в оговоренные нами сроки.

Слушая маленького человечка, я с трудом сдерживал смех. Все же над больными людьми смеяться, по меньшей мере, неприлично. 

— Александр Ченсанович, но вы же получили витаминки в соответствии с той сметой, которую сами же и предоставили. Наш бюджет не предусматривает непредвиденных расходов. Вы же сами знаете, какая сейчас ситуация в стране.

Тон Веры Константиновны приобрел железные нотки, а выражение лица стало серьезным и сосредоточенным, выдавая в ней великолепную актрису.

Фигурку нецке столь жесткий ответ ни капли не смутил:

— Я все понимаю, уважаемая Вера Константиновна. Но вы же сами знаете, что предыдущей городской властью в наших рядах посеяны зерна коррупции, которую мы все вместе стремимся искоренить. Процесс этот длителен и не прост. Мы боремся, но иногда несем потери. Без дополнительного финансирования мы не сможет сдать Мост в установленный срок.

— Хорошо, Александр Ченсанович. Я посмотрю, что мы сможем сделать для вас. Но не обещаю вам золотых гор.

Александ Ченсанович церемониально откланялся и тут же поспешил вернуться к суетящимся у ручья пациентам.

— Это наш мэр, пояснила Вера Константиновна. – Новенький, но быстро идет на поправку. Такие чиновники, обычно, долго у нас не задерживаются. Их психические расстройства носят легкий характер, но обращаются они именно к нам.

— А он действительно мэр? Понимаю, что вопрос неуместен, но любопытство. Вы же понимаете.

Вера Константиновна снисходительно улыбнулась и опят подмигнула мне:

— А вы как думаете? Похож?

— Думаю, что похож.

— Ну вот. Вы сами ответили на свой вопрос.

Продолжая экскурсию, мы вышли к большой поляне, засаженной красивым газоном, по которой, меряя шагами, ходил высокий, статный пациент. Иногда он останавливался и что-то записывал в большую тетрадь.

— Ну вот, опять он! Вера Константиновна махнула рукой пациенту и раздраженно добавила:

— Владимир Федорович, немедленно уйдите с газона! Сколько раз вам повторять, что по этому газону ходить нельзя!

Пациент тут же спрятал тетрадь и подбежал к нам:

— Вера Константиновна, ну как же вы не понимаете! Здесь будет новый логистический центр. Это будущее нашего города. Нам ведь очень нужны иностранные инвестиции, а у нас есть для этого земля. Много земли!

— Владимир Федорович, а почему вы, как секретарь городского совета, не помогаете мэру и остальным строить мост?

Пациент смутился, опустил голову и пробубнел:

— Я не могу. У меня и так много работы. Тружусь, не покладая рук. Вы же знаете, я с инвесторами работаю. Привлекаю их.

— А где же ваша обещанная Стратегия развития города, Владимир Федорович? Вы ее уже написали?

После этих слов Владимир Федорович покраснел и начал теребить рукав своей голубой пижамы:

— Она…Она почти готова. Я привлек иностранных консультантов. Но мне необходимы средства. У вас есть витаминки?

Вера Константиновна нависла своим крупным телом над высоким, сухопарым пациентом и начала грозить тому пальцем:

— Так, Владимир Федорович, немедленно прекратите топтать насаждения! Я вас в последний раз предупреждаю! И немедленно вернитесь к мэру! А что касается витаминок, то вы их получите только тогда, когда я увижу от вас Стратегию развития

Не успела Вера Константиновна произнести последние слова, как пациент испуганно дернулся и понесся по аллее в сторону ручья.

Я удивленно взглянул на своего экскурсовода, которая так неожиданно вдруг вышла из себя:

— Тяжелый случай?

— Вы себе не представляете насколько. К сожалению, неизлечим. Он у нас очень давно. Что только мы не предпринимали – никаких намеков на улучшение состояния. Но у него богатая семья. Скорее всего, он у нас останется навсегда. Хотя хлопот доставляет немало: газоны топчет, плохо влияет на других пациентов, ворует витамины у санитарок. Вообщем, как видите, есть разные случаи.

— А что это компания? Махнул в сторону группы пациентов, сидящих в кругу корточках и подозрительно косящихся на нас.

— Тоже непростой случай. Коллективное расстройство. Дети девяностых, как любит говорить главный. Разумеется, со всем набором соответствующих нервных расстройств.

— Бандиты?

— Ну, вы же понимаете. Я не могу вам сказать. Но в нашем «городе» они такая же власть, как и мэр, и секретарь городского совета, которого вы только что видели. Бедненькие. Неконтактные, замкнутые — люди тяжелых судеб. Но мы стараемся. Есть надежда, что они пойдут на поправку в скором времени.

Сделав круг вокруг поляны, мы опять вернулись на аллею, ведущую к ручью. Неожиданно за деревьями показались двое пациентов, один из которых – секретарь городского совета, что-то с жаром объяснял другому – высокому, мужчине с каменным лицом, не выражающим никаких эмоций. Тот слушал, хмурился и иногда что-то отвечал. Завидев нас, секретарь городского совета с испуганным видом рванул в соседние кусты, вытаптывая красивый газон. «Каменное лицо» же статной походкой направилось к нам.

— Здравствуйте Вера Константиновна. В голосе пациента легко угадывались командные нотки, выдавая в нем чиновника, явно не самого низшего ранга.

— Добрый день Борис Федорович. А что это вам опять рассказывал наш секретарь горсовета? Наверное, опять ябедничал на меня, или на главного?

— Не будем об этом, Вера Константиновна. Он мне и самому уже порядком надоел. Скажите лучше, кто это с вами?

«Каменное лицо» принялось внимательно изучать меня взглядом, но Вера Константиновна опять быстро пришла мне на помощь:

— Это наш гость, Борис Федорович. Я ему показываю наш город. Провожу экскурсию.

— Вы из столицы? «Каменное лицо» приподняло правую бровь.

— Эээ…да, из столицы.

— Вера Константиновна, вы уж постарайтесь, чтобы наш гость из столицы ни в чем не нуждался. Покажите ему все. Расскажите о наших перспективах и инвестиционной привлекательности. Позитивный имидж для нас сейчас – самое главное.

— Безусловно, Борис Федорович. А вечером я вам отчитаюсь, как обычно.

Вера Константиновна опять схватила меня под руку, и, улыбаясь, поспешила увести в глубь аллеи, шепча на ухо:

— Большая шишка. Очень. Настоящий вип-клиент. Поэтому он у нас тут в нестандартной должности.

— Выше мэра? И кто он?

— Губернатор! И даже не спрашивайте меня, настоящий или нет. В отношении этого человека у нас особые условия конфиденциальности. Не дай бог кто-то узнает, что он пациент психиатрической клиники! Так что я вас попрошу не задавать о нем вопросом.

— Обещаю.

Мы опять поравнялись с группой пациентов, суетящихся с палочками и совочками у ручья, и свернули в сторону открытой площадки, на которой другие пациенты запускали модели планеров и бумажных самолетиков.

— А это еще один групповой случай. Видите вон того пожилого человека в плетеном кресле, который отдает указания запускающим самолетики? Он у них главный. Владелец очень крупного промышленного предприятия.

— И что, у всех один и тот же диагноз?

— К сожалению да. В наше время такие случаи не редки. Тем более, что все они работают на одном предприятии. Коллективные психические расстройства – бич нашего времени. Кстати, вы еще не устали от нашей экскурсии?

— Нет, что вы, Вера Константиновна. Очень интересно.

— Ну, мы, практически обошли весь парк. Давайте сейчас вернемся в главный корпус. Там как раз готовиться к выписке еще один наш пациент. Я вам его покажу.

Мы вернулись к роскошному зданию клиники, и прошли в холл, где суетились люди, выносящие к припаркованному прямо у крыльца Роллс-Ройсу чемоданы. Чуть в стороне, окруженный медсестрами в белоснежной форме, стоял среднего роста человек. Судя по сердечным объятиям, которыми он обменивался с персоналом, мы наблюдали процедуру прощания бывшего пациента с клиникой.

Вера Константиновна отвела меня в сторону и прошептала:

— Это Директор. Очень долго лечился у нас. И только недавно пошел на поправку.

— Директор?

— Ну да. Он у нас был Директором в «городе». Очень крупный бизнесмен. Сразу после выздоровления прямо из клиники выдал распоряжение распродать весь свой бизнес. Сказал, что обрел, наконец, свободу и решил посвятить себя любимому делу.

— И какому же?

— Дауншифтинг. Решил переехать в какую-то маленькую африканскую страну. Потратил кучу денег на организацию там футбольной команды. Он очень любит футбол. Сказал, что будет обучать этой игре детишек. Делать из них стоящих спортсменов.

— Надо же. Редко такое можно увидеть, чтобы человек отказался от власти и денег ради такой благородной идеи.

— Да-да, в наше время такое не часто встретишь.

Спустя час, отобедав в роскошной столовой психиатрической клиники, я мчался по тому же зеленому туннелю, который должен был вывести меня на трассу, а оттуда в город. Я нисколько не жалел о потраченном на командировку теплом субботнем дне, и уже предвкушал момент, когда положу редактору на стол эксклюзивный материал. Единственным странным и непонятным моментом для меня оставалось лишь одно. Мельком взглянув на брошюру клиники, лежащую на пассажирском сидении я в очередной раз прочел название, выведенное красивым вензельным шрифтом. Уже, наверное, в десятый раз. Ну почему психиатрическая клиника называется «ЗАПОРОЖЬЕ»?

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Пользователи
ТЕГИ: Запорожье
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.