Украина и Стокгольмский синдром 23 июня, 11:47

В последнее время появилось много людей с довольно странным национальным identity : они , будучи украинцами сами , испытывают искреннюю ненависть к Украине , при этом пылают любовью к России . И это не всегда  одурманеные старки - часто эти люди понимают , что Россия , по сути , ведет политику , направленую на то , чтобы оставить Украину своим "сателитом" . Или другая категория людей , которые знают о преступлениях Сталина , знают о преступлениях советского режими , но , тем не менее , защищают его , хотя этот режим зацепил даже лично их ! Обьединяет этих людей одна непонятная мне вещь : казлось бы , если ты - украинец , ты должен по крайней мере если и не любить Украину , то не стремится затащить ее под ярмо другого государства . Эта тяга защищать своего гнобителя оставалсь необьясненной , но недавно наткнулся на любопытный термин из психологии и криминалистики . Итак , любите и жалуйте : Стокгольмский синдром .

Стокгольмский синдром — дружба заложников с захватчиком — психологическое состояние, возникающее при захвате заложников, когда заложники начинают симпатизировать захватчикам или даже отождествлять себя с ними.

Авторство термина приписывают криминалисту Нильсу Биджероту , который ввёл его во время анализа ситуации, возникшей в Стокгольме во время захвата заложников в августе 1973 года. Но желание заложника защитить своего захватчика или вообще «объединиться с ним» в общем было известно задолго до стокгольмских событий, давших название «синдрому заложника». В быту не так уж редко возникают ситуации, когда женщины, перенесшие насилие и остававшиеся некоторое время под прессингом своего насильника, потом влюбляются в него.

Опасность «стокгольмского синдрома» в действиях заложника против собственных интересов, например, мешать своему освобождению.

Известны случаи, когда во время антитеррористической операции заложники предупреждали террористов о появлении спецназовца, и даже заслоняли террориста своим телом. В других случаях террорист прятался среди заложников и никто его не разоблачал. Как правило, «Стокгольмский синдром» проходит после того, как террористы убивают первого заложника.

Психологический механизм серьёзного шокового состояния изменения сознания человека состоит в том, что сначала действует защитный механизм, зачастую основанный на неосознанной идее, что преступник не будет вредить жертве, если действия будут совместными и положительно восприниматься. Пленник практически искренне старается заполучить покровительство захватчика. Позднее в условиях полной физической зависимости от агрессивно настроенного террориста заложники боятся штурма здания и насильственной операции властей по их освобождению больше, чем угроз террористов.

Стараясь исключить когнитивный диссонанс между знанием о том, что террористы — опасные преступники, действия которых грозят им смертью, и знанием о том, что единственным способом сохранить свою жизнь является проявление солидарности с террористами, заложники выбирают ситуационную каузальную атрибуцию: оправдывают свою привязанность к террористам желанием сохранить свою жизнь в данной экстремальной ситуации. Антитеррористическая акция по освобождению заложников представляет для них более серьёзную опасность, чем даже для террористов, которые имеют возможность обороняться.

Зная что террористы хорошо понимают, что до тех пор, пока живы заложники, живы и сами террористы, заложники занимают пассивную позицию, у них нет никаких средств самозащиты ни против террористов, ни в случае штурма. Единственной защитой для них может быть терпимое отношение со стороны террористов. Человек начинает толковать любые его действия в свою пользу. Поэтому заложники психологически привязываются к террористам. Известны случаи, когда жертва и захватчики месяцами находились вместе, ожидая выполнения требований террориста.

Знакомо , не правда ли ?…