Ткаленко Игорь
Версия для печати
Свобода слова 8 октября 2007, 14:35
Свобода слова На последней «Свободе слова» мне дали слово.
Это было первое слово, которое, простите за каламбур, мне дали на «Свободе слова». До этого я ходил, тянул руку, но — кто я такой? Библия говорит, что «человек есть червь, и сын человеческий есть моль». Слово давали всем, кроме меня. Однажды ассистентка подошла ко мне с микрофоном, и когда очередь дошла до меня, Куликов объявил рекламную паузу. При этом, казалось, в мире ничего страшного не происходило, а в лесу ничего не сдыхало. Все шло своим чередом.
И тут — такая удача: после трех часов отсидки на лавке экспертов я получил возможность задать вопрос. Дальше не помню. Но меня, видимо, понесло…
После программы ко мне подошел ведущий «Свободы слова» Андрей Куликов и сказал:
— Слушай, ну, у тебя и психоделия?
— Что?! Что ты имеешь в виду?! — спросил я.
— Вот это… — Андрей коротким движением пальцев показал на мои руки, которые в этот момент активно дергались перед его лицом.
Психоделия… Что это значит? Наверное, что я псих. Но неужели я был единственный псих в этой компании: Богословская, Винский, Князевич, Бойко, Ляпина, …
Видимо, единственный. Когда мне дали микрофон, чтобы я задал свой вопрос, я его так и не задал. Да у меня уже и не было вопросов! Я три часа ждал, пока мне дадут микрофон, и за это время я прозрел! Естественно, этим прозрением мне просто необходимо было поделиться со всеми. Но не получилось. Я не смог все это произнести устно. Поэтому теперь я все это пишу.
Слово... Понимаете, слово — это то, чем был создан этот мир. Словом создается и человек. И все остальное. Одно слово может изменить жизнь человека, может повернуть историю человечества. Что это за слово — никто, кроме Бога, не знает. Человек не может жить без слова. Его душа устроена так, что когда человек сыт и одет, он начинает искать смысл своего существования. Человек ищет свое слово, главное слово. Когда он уходит, он пытается сказать последнее слово…
Зачем я это пишу? Мне кажется, это просто красиво написано… Нет? Извините.
Да… Три часа на твердой лавочке перед камерами прямого эфира. Такое полезет! Но вы же ждете моего прозрения…
Я увидел Инну Богословскую — молодую, красивую… Много желающих было получить ее руку и сердце. Они умоляли, но проиграли. И тут приходит один кандидат и говорит:
— Я — красавец, вы тоже недурны. Думаю, наш союз просто логичен, в противном случае, я вам сделаю такие проблемы, что вы пожалеете о том дне, когда вам в голову пришла идея выйти замуж…
И, вы не поверите, Инна Германовна отвечает:
— Конечно, конечно, я согласна.
Это было странное видение. Возможно, оно не имело ничего общего с действительностью, но я открыл глаза и увидел г-жу Богословскую воочию. Она говорила о том, что если «Наша Украина» или Юля не захочет «выйти замуж» за Партию регионов, то большие проблемы возникнут у всей Украины. «Восток!» — угрожающе воскликнула г-жа Богословская. Боже, что такое Восток? Пару недель назад я был на могиле дедушки и бабушки в Сахновщанском районе Харьковской области. Я видел своих родных, теть, сестер, братьев, племянников. Я видел мой Восток. Он тогда не показался мне таким страшным, как в устах г-жи Богословской. Что она имела в виду? Что мы возьмем обрезы и пойдем на Киев? Или отсоединимся от Украины, если правительство будет сформировано не Партией регионов?
А потом выступил Вадим Карасев, который сказал, что Украина разделена географически и что наша система региональных партий нам не подходит. Ну, такая идея, что Украина расколота, что нет общей истории, нет чего-то объединяющего. А вот нужно бы… Богословская аж расцеловала Карасева в перерыве за такую прекрасную мысль — Украина расколота! Так сладко было слышать ей эти слова.
Прозрение номер два. Идет судовой процесс. Судьи, адвокаты, обвиняемые, прокуроры, зрители, свидетели. Судья обращается к адвокатам обвиняемого.
— Что вы можете сказать в ответ на эти обвинения?
Адвокаты молча натягивают пиджаки на головы, закрывают лица, залазят под столы и сидят…
Телесюжет: палатки регионалов перед Центральной избирательной комиссией. В них сидят молодые люди. У них журналисты спрашивают:
— Чего вы здесь сидите?
— Я отстаиваю свои права, — отвечает самый умный. Остальные натягивают себе на голову куртки.
— А кто нарушил ваши права? — спрашивают самого умного.
Нет ответа. На самом деле все мы знаем, что это студенты, которых наняли за сотню гривен на роль адвокатов Партии регионов. Но это очень дешевые адвокаты. Они нам как бы подают сигналы: у Партии регионов нет идейных защитников. Да и идеи тоже нет, кроме той, чтобы получить власть любой ценой. Победить любой ценой. А победителя не судят — это они знают.
Вы можете себе представить, что пришли на митинг вашей любимой политической силы и вдруг узнаете, что всем участникам митинга заплатили по 100грн. А вы, как дурак, приперлись ради идеи. Вот это развод! Вот это кидалово!
Когда у поклонников регионалов просят отчета за идею, они в, лучшем случае, натягивают на голову куртки. В худшем — отвечают.
Но 100 гривен на руки для них важнее, чем все идеи на свете.
Если Тимошенко на посту премьера поднимет хотя бы на 100 гривен пенсии и зарплаты госслужащим, то весь этот электорат регионалов, как пел Кузьмин, «забудет капитана корабля». А у Тимошенко это очень хорошо получается — она деньги из-под земли достает. Хоть я и ненавижу социализм, но ее социалистические наклонности обеспечат ей как минимум половину электората регионалов. К тому же, она тоже с Востока. Как и Ющенко. Да у нас все с Востока. Просто Восток уже стал другим. И мы это очень скоро, дай Бог, узнаем. А регионалы знают это уже сегодня.
Вот почему быть в оппозиции для Партии регионов – это не просто временный проигрыш. Это крах. Украина без власти — им не нужна. А тупой электорат, который не обеспечивает им победу, а только бабки проедает, им и вовсе не нужен. А если еще Тимошенко доведет до конца дела по фальсификациям и введет в украинскую кровь инъекцию от электоральных фальсификаций…
Победа или смерть — вот какой выбор стоит сегодня перед регионалами. Ну, может не такой страшный… Скорее — победа или запасной вариант (домик в Швейцарии, вилла в Монако).
А вот у нас запасного варианта нет… Только дальние села.