До тридцатого и после 5 сентября 2007, 15:26

До тридцатого и после В чем суть и одновременно специфика нынешней избирательной кампании? Общее эмоциональное ощущение приблизительно таково: выборы «мутные», психологически очень тяжелые. Они представляют собой сочетание внешней экспрессии и глубокой внутренней депрессии. Первая причина депрессивности кампании в том, что выборы досрочные. Политические силы включались в них «с колес», нехотя и не готовыми. Даже те, кто ратовал больше прочих за их проведение, рассчитывали на другую, более раннюю и удобную для себя дату голосования. Отсюда дефицит новых идей, фальстарты, проколы и общее для участников гонки ощущение дискомфорта. Вторая причина – сравнительно малая ценность результата, который радикально ничего не решает. Более важным является сам факт проведения выборов, а не их результат. Вся суть в том, что выборы состоялись, что не прошел силовой сценарий, грозящий вылиться в реальное насилие. Ощущение тревожной близости этого сценария тоже поспособствовало тому, что был задан депрессивный формат. Третья причина депрессивности в неизвестности того, что будет после 30 сентября. Как будут развиваться сценарии формирования коалиции, какими скандалами это будет сопровождаться. Даже у ключевых участников процесса нет четкого видения постсентябрьского будущего. Несмотря на визуальное «братание» помаранчевых с одной стороны, и заверения друг друга коалициантами в коалиционной верности, на этих выборах каждый игрок действует по известному принципу, сформулированному в свое время лордом Пальмерстоном: нет вечных друзей, вечных врагов, есть только постоянный интерес. А он у каждого из игроков даже «родственного» политического пула безусловно свой. Способствует депрессивной обстановке и «работа» на восприятие результата еще не состоявшихся выборов. Общество уже массово приучают к мысли, что выборы будут неизбежно сфальсифицированы. Ведь неизвестно, какие будут результаты, возможны сенсации. А за сенсациями обязательно последуют скандалы, оспаривание результатов. Все это будет происходить в достаточно мутной и напряженной атмосфере. Скорее всего, прозвучат взаимные обвинения в фальсификациях, начнется давление на Центральную избирательную комиссию. Уже сейчас специально закладываются капканы, ловушки для того, чтобы затем иметь поле для маневров и оспаривания результатов выборов. Для политических сил нынешней коалиции в этом контексте важно, чтобы парламент нынешнего созыва существовал, чтобы он, как кадрированная армейская дивизия, всегда мог собраться, мобилизовать недостающее количество резервистов-депутатов и отреагировать на действия противоположной стороны. Пропрезидентские силы в свою очередь предпочли бы в качестве наиболее легитимных органов на это гипотетическое «смутное время» президентский институт и СНБО. Добавляет процессу нагрузки то, что нынешняя кампания во многом является президентской кампанией. Для президента же на сегодня важен не столько результат НУ-НС на выборах, сколько как распорядиться этим результатом после выборов, в какой коалиционной комбинации и как именно сыграть этим активом. И какие дивиденды в результате того или иного варианта игры могут последовать в контексте 2009-го года. Еще один процесс в том же контексте, который уже начался и начнет еще больше набирать обороты после 30 сентября, – игра вокруг Конституции. Нельзя точно сказать в каком формате, но можно со всей уверенностью говорить, что Конституция будет изменена. И это вопрос кратко-, максимум среднесрочной перспективы. Эмоциональная «тяжесть» кампании усиливается еще и тем, что основные политсилы снова навязывают обществу искусственные, сконструированные в штабах и мозговых центрах партий проблемы. В плане функционирования партий у нас в целом сформировалась схема-«перевертыш». Партии предпочитают искусственно формировать социальный запрос, а не реализовывать реальные запросы социума. Формируются идеи-симулякры, обществу навязывается мысль о том, что именно эти проблемы сейчас являются сверхактуальными. В итоге, человека, имеющего массу нерешенных (в большинстве своем именно по вине нынешнего правящего класса) материальных и культурных проблем, вдруг начинают беспокоить темы НАТО, депутатской неприкосновенности или конституционного референдума. Либо же он просто «обожает (терпеть не может) Юлю», «любит (ненавидит) ПР», «уважает (не уважает) Ющенко» и т.д. Это своеобразная форма зомбирования, в результате которого у избирателя методично согласованными усилиями убивается способность и желание думать. Логика избирательного процесса затачивается так, чтобы гражданин действовал не рефлексивно, а рефлекторно, другими словами – не размышлял, а пускал слюну на привычный сигнал. Не осознавая при этом глубинной «подкладки» навязываемых ему идей, которые являются ни чем иным как «игровой технологией». Да и в целом данную кампанию можно охарактеризовать как «игровую». Причем игра ведется «в дурака»: одурачить избирателя, выставить дураком оппонента, а когда нужно – и самому «включить дурака». Возможно, ключевой причиной такой новации стало появление новой генерации политиков, которые пришли в политику из бизнес-среды середины и конца 90-х, принеся с собой оттуда ее неприкрытый циничный рационализм, не подвергаемое сомнению право сильного, нацеленность на краткосрочный успех любой ценой, полукриминальную практику одурачивания и «разводок».

Внимание! Korrespondent.net вводит новые правила комментирования Комментировать статью могут только зарегистрированные пользователи. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь