Капустин Андрей

Тут примчались санитары

Сегодня, 24 сентября 2007 Тут примчались санитары Поскольку профессия политического журналиста вынуждает быть в курсе всех текущих событий, приходится (особенно в предвыборный период) разрываться между газетами, телевизором и Интернетом. И хотя наработанный опыт позволяет порой совмещать Интернет с телевизором (правда, в этом случае последний превращается в радио), все равно к концу дня понимаешь, что в дурдоме жизнь гораздо спокойнее и предсказуемее. Так что те коллеги, которые для усиления образности сравнивают наше политическое бытие, скажем, с палатой номер шесть, полетом над гнездом кукушки или Канатчиковой дачей, правы далеко не во всем. Нет, ну, в самом деле. Там режим. Там по строгому графику, во избежание эксцессов дают таблетки и уколы. Там есть санитары и смирительные рубашки. Помимо этого там никого не удивляет, что кто-то объявляет себя почетным академиком всех академий, кто-то Орлеанской девой, а кто-то новым спасителем человечества. Думаю, что и предвыборные ролики там воспринимают тоже иначе. Не с позиций: верю - не верю, а с позиций: наш – не наш. Так что жаль, что ни один из политических лидеров, которые не покладая сил, мечутся по стране, не отметился в каком-нибудь провинциальном психиатрическом отделении. В морг, Янукович, помнится, где-то на выезде заходил. А вот в дурдом никто. Ну, понятно, что пиар-команды такого хода бы не допустили. Но повторюсь – жаль. Ведь как было бы познавательно увидеть какого-нибудь партбосса, который зашел бы в палату в производственной одежде. (Ну, как они ходят в забой в каске, на ферму в халате, а в реанимацию в масках и бахилах). Поболтал бы с местным электоратом о том, о сем. Ведь там тоже люди голосуют. А мы, в свою очередь убедились бы, что буйняк не там, а тут. (Хотя по большому счету это и так всем известно). Фишка же заключается в том, что даже если бы такое чудо, как появление политика в палате номер шесть и случилось, то это все равно ненадолго. Т.е. он бы там не стал задерживаться, а продолжил свое предвыборное турне. Разве что отведав на кухне сиротских щей да каши. А главная задача все же состоит в том, чтобы большинство представителей нашего политбомонда задержалось там подольше. Но они, явно чуя недоброе, категорически отказываются от принятия закона, который бы обязывал их проходить перед включением в избирательные списки обязательную психиатрическую экспертизу. Здесь, понятно, могут возразить, мол, страна и так погрязла в коррупции. Но в конце концов ради такого дела можно потратиться. Вызвать, скажем, менее коррумпированных экспертов из-за границы. Хотя можно и сэкономить. Причем, с помощью телевидения. На всякий случай даю сценарную заявку на принципиально новое ток-шоу в стиле хард с рабочим названием «Свобода мысли». Студия строится так, чтобы участники ощущали себя в психиатрической лечебнице. Т.е. грязно-зеленого цвета декорации. Полумрак. Прикрученная к полу мебель. Кожаные ремни на подлокотниках и ножках кресел главных героев и экспертов. Вместо девочек с микрофонами – крепкие пацаны в белых халатах. Рукава для устрашения, понятно, закатаны. Ведущих может быть два или три. Это для создания иллюзии справедливого консилиума. Они тоже в белых халатах, но в пенсне. И по очереди задают участникам действа разные заковыристые вопросы. Те, как и положено выходят к микрофону, зрители в свою очередь играют на пультах в привычную игру: верю – не верю. Изюминка же проекта в том, что в случае ежели зрители больше верят врачам-ведущим, а не политикам-пациентам, то санитары пеленают последних в смирительные рубашки, и в таком виде выводят из студии… Но увы… Газеты, телевидение и Интернет вновь к концу дня ведают о том, что все на своих местах… За рождение двенадцатого ребенка лидер очередной партии готов платить два с половиной миллиона. Студентам по десять тысяч. А милиционерам, врачам и прочим учителям по пятьдесят. В час. На килограмм живого веса. После еды…