Декрет №3 и другие приключения туалетной бумаги

26 января 2017, 22:35
Публицист
2
608
Декрет №3 и другие приключения туалетной бумаги

23 января я посетил Стародорожский исполком, чтобы сказать чиновникам правду о Декрете №3, а также без цензуры оценить автора столь унизительного закона — государственного злодея Лукашенко А.Г.

К сожалению, у меня нет возможности встретиться с т.н. президентом Беларуси и публично «смыть в унитаз» плоды его антинародного правления, поэтому все мысли и предложения были направлены непосредственно местным органам власти.

Добравшись до кабинета №93 на 4 этаже, я при входе поздоровался, положил на стол извещение о денежном сборе и обратился с репликой к исполнителю Сосновской:

— Это бумага — незаконна.

— А я прописываю эти законы? — тихо спросила чиновница.

— Вы их исполняете. Зачем? Вы должны сказать своему начальнику «Нет» и сделать так, как я сейчас сделаю!

Я достал из прозрачного файла извещение о тунеядском сборе и с огромнейшим наслаждением раскромсал бумагу на глазах всех присутствующих. Тишина и мелкий ропот овладели помещением. Но вскоре я прервал этот стопор вопросом: «Где у вас мусорка?». Выбросив в пластиковое ведро клочки позорной бумажки, родившейся на пике 22-летнего маразма экс-председателя совхоза «Городец», я продолжил диалог:

— Народ – не раб и не быдло, чтобы с него деньги сдирать! Народ состоит из людей! Понимаете?

— Все вопросы к президенту… — беззаботным тоном ответил исполнитель.

— Нельзя к людям так относиться!

— Все вопросы к президенту, — повторилась женщина, словно перед ней сидело тупое животное без мозгов и души, а не человек с гражданскими правами и позицией.

— Этот Декрет противоречит Конституции. В Германии платят огромную помощь людям, оказавшимся без работы. А у нас, наоборот, с безработных собирают последние деньги.

— Что Вы хотите, чтобы я Вам сказала?

— Вы должны людям помочь!

— Как я им помогу?

— Материально! — не сдержала сарказм и ухмылку мадам, сидящая за дальним столом.

— Нет. Не исполняйте эти законы. Выразите протест начальнику, — настаивал я на своём.

— Дело в том, что мы только обрабатываем почту. Все списки сбрасываются из областной налоговой инспекции…

— Вы понимаете, что люди спиваются и кончают жизнь самоубийством из-за этого Декрета? Некоторых граждан унижает такой подход. Человек может официально не работать, но заниматься делами по домашнему хозяйству, — продолжил отстаивать я принципы гуманизма.

— Чем я могу Вам помочь?! — громко, без какого-либо сочувствия по поводу недавних суицидов спросила Сосновская. — Я исполняю закон.

— Не надо исполнять закон. Нужно взять и выбросить его в мусорку!

— А Вы меня кормить будете?

— Нет. Мы Вас защитим!

— Вы сами себя защитить не можете! Нигде не работаете…

В ходе дальнейшего общения я объяснил, что работал в 2015 году официально журналистом. На самом деле я был не против показать все документы, подтверждающие этот факт или же выслать их по электронной почте. Однако цель моего визита была совершенно иной: донести до местных властей персональное неуважение в адрес Александра Лукашенко. Также мне было интересно заглянуть в глаза людей, которые бездумно исполняют прихоть помешавшегося на неограниченной власти тирана. Возможно, я искал там хоть каплю понимания и адекватности. Но, к сожалению, мёртвые бюрократические лица заранее не способны были осознать простой и очевидный факт: Беларусь 22 года возглавляет малограмотный автократ с психическими и моральными отклонениями, ко всему прочему подозревающийся в особо тяжких государственных преступлениях.

— Мы просто исполняем закон, — уже оправдательным тоном повторила Сосновская.

— Это — не закон!

— А как?

— Это просто указание психбольного человека — Лукашенко. Понимаете? Он — мозаичный психопат и преступник. Вы знаете, что он приказ отдал убить своих бывших подчинённых — Захаренко и Гончара? Не надо исполнять законы преступников.

В кабинете мгновенно образовалось молчание, а беззаботные чиновничьи глазки наполнились тревогой и даже неким интересом. Возможно, женщины не поверили моим словам о «душевном президенте», а сама Сосновская в этот момент подумала, что как раз я страдаю психическими отклонениями и предпочитаю пожизненно держать целую страну в страхе.

— Всё. Мы Вас поняли, — медленно, как опытный психотерапевт, сказала работница исполкома.

— Если Вы будете открыто противостоять этой системе, то найдёте поддержу людей с улицы посредством громких аплодисментов, — блеснул я иронией, собираясь уходить.

В эти секунды по всем признакам чиновничьей реакции было заметно, что дискуссия исчерпана и не требует дальнейшего продолжения. Напоследок, выходя из тесного кабинета, я повторил свою позицию: «Это — не закон, а издевательство!».

Однако понедельничная история с Декретом №3 на этом разговоре не закончилась. Я направился дальше по коридору и посетил кабинет №96, где находился начальник, отвечающий за работу кабинета №93. В небольшом помещении передо мной сидела женщина лет 55 и что-то внимательно читала.

— Добрый день. Я по поводу тунеядского сбора. Я считаю, что это неправильно — платить государству деньги.

— Прежде чем выслушать Вашу позицию, я хочу узнать, кто Вы.

— Можете посмотреть в базе. Я порвал извещение со своими данными, потому что считаю Декрет №3 маразмом нашего государства.

— Ну, я думаю, не стоит судить так государство…

— Вы понимаете, что весь мир смеётся над этими указами? Декрет №3 противоречит Конституции и не хочет учитывать права людей. У них есть там уши в правительстве? Вот Вы работаете в административном здании. Неужели Вы не понимаете, что люди возмущаются? Два человека уже выбросились из окна.

— Ну, значит люди неуравновешенные, — без сочувствия, монотонно процедила бюрократка.

— Покойный мужчина никогда не считал себя тунеядцем. Его морально оскорбил этот закон. Декрет №3 оскорбляет закон, мораль и в конце концов здравый смысл. Люди уже собирают подписи, чтобы отменить его! Вы должны это поддержать. Не отправляйте никому эти извещения.

— А мы не отправляем. Отправляет Министерство, — приподнятым голоском ответила чиновница.

Я понимал, что второй разговор мало чем будет отличаться от предыдущего. Тот же самый формализм, как на автомате, уже был заготовлен. «Труженики» Стародорожской администрации лишь внешне отличались друг от друга: кто-то был одет в розовую кофточку, кто-то предпочёл штаны, скрывающие жировые складки на бёдрах, а кто-то и вовсе решил выделиться за счёт красного, обтягивающего талию платья. Но внешние приметы были иллюзией, по содержанию общения всё было предельно ясно: тотальная зависимость всех работников исполкома от авторитарной системы и нежелание хоть раз взглянуть правде в глаза.

Скажу честно: по прошествии 10 минут я сам уже начал подумывать над тем, что являюсь тунеядцем. Но, всматриваясь в невозмутимые лица представителей государственной вертикали, меня не покидала главная мысль: «Декрет №3 — это давление на психику граждан». Несмотря на это обстоятельство, я почему-то снова и снова объяснял человеку на против, что не являюсь безработным и в 2015 году трудился легально журналистом. Да, это звучало, как оправдание, и, понимая этот факт, я опять возвращался к главной теме дня: почему люди должны оправдываться перед преступной системой Лукашенко, который сам давно плюнул на закон и Конституцию?!

В кабинете №96 я говорил, что граждане не обязаны решать проблемы с документальным подтверждением своей рабочей занятости, ибо эти проблемы навязало государство человеку без его согласия. Но чиновница не реагировала и лишь в качестве защиты приводила пункт 11, прописанный в «бумажке счастья». Он гласил, что в течение 30 дней с момента получения извещения гражданин в праве предоставить в налоговые органы документы и пояснения, свидетельствующие об отсутствии обязанности по уплате сбора.

— Я не буду Вам распечатывать копии договоров! Я не буду тратить свои деньги на дурацкие законы! — громко дал я ответ.

— Молодой человек, мне надо работать, — донеслась усталая речь.

В эту секунду, я полагаю, чиновница не до конца понимала, что данный диалог и есть её непосредственная работа. Мозги подневольной чиновничьей системы, попавшей в зависимость от фобий совкового самодура Лукашенко, видимо, исключали возможность того, что граждане могут свободно прийти в исполком и жёстко высказать свои претензии властям. Особенно меня повеселил момент, когда инспекторша в разгаре спора церемонно отказалась записывать на листок электронный адрес местного налогового отдела.

— Берите и сами записывайте, — говорит.

— Это государство мне создало проблему, а не я государству! Поэтому попрошу записать мне адрес.

— Вы пришли сюда в нетрезвом виде. От Вас несёт перегаром. Хотите, чтобы я вызвала милицию?

— Глупости. Я абсолютно трезвый. А вот те, кто такие указы издаёт, — невменяемые. Хотите найти причину меня выгнать?!

— Я не ищу причину. Просто мне надо работать.

— Так это и есть Ваша работа!

— Я Вам сказала: вышлите свои пояснения на nalog.gov.by. И всё! Он есть в Интернете, раз Вы владеете информацией.

— Безусловно.

— У Вас есть срок — 30 дней.

— Даже сроком нас ограничили. Видите, как? Всё как в тюрьме.

В эти секунды чиновница первый раз за 5 минут улыбнулась.

— Вам хочется со мной поговорить?

— Конечно. Вы же работаете за наши налоги.

— Вот именно, молодой человек. Я работаю и плачу налоги, работаю и плачу налоги, — дважды сказала женщина с гордым чувством.

— Не стоит платить налоги преступному режиму. Вы — часть этого преступного режима. Знаете, почему?

— Мне нужно работать.

— Декрет №3 — не-кон-сти-ту-ци-онный.

— Ну, это не нам с Вами судить, — на полном серьёзе сказала оппонентка.

— Это нам судить! Мы — народ! Запомните: Лукашенко — преступник. Он должен сидеть в тюрьме.

— А вот за этоооооо Выыыыы… — растянула свой ответ чиновница, как будто оказалась в мантии судьи.  

— Что дальше?

— Мой Вам добрый совет… Всё! — оборвала собственное удивление инспекторша.

— Что Вы боитесь так?

— Я не боюсь…

— Президент же сам сказал: украдите, откопайте.

— Уважать руководителя своего государства надо. Человек, не уважающий руководителя своего государства, в первую очередь не уважает самого себя, — послышался вдруг поучительный тон.

— Вам показать документы, что он — преступник?

— Всё, молодой человек, до свидания.

— Запомните мои слова: все эти декреты будут отменены.

— Вот когда они будут отменены… А пока они действуют, мы их исполняем и обязаны исполнять.

— Нет. Вы не обязаны их исполнять.

— Обязаны, потому что мы работаем в правовом государстве.

— То, что противоречит морали, противоречит здравому смыслу. Вы не обязаны исполнять антиморальные законы и декреты.

— Всё, молодой человек, до свидания, — еле сдерживая смех, ответила начальница.

— Запомните: Лукашенко будет сидеть в тюрьме! И пусть КГБ записывает сколько угодно мои слова! Я знаю все факты. Он — преступник! И эти декреты он издаёт, знаете почему? Я Вас чуть-чуть просвещу: в бюджете нет денег.

— Молодой человек, мне хочется знать Вашу фамилию, — хохоча спросила чиновница, — не могу открыть базу.

— Как не можете открыть базу? Да про меня и так все знают в государстве.

— Ну скажите мне Вашу фамилию. Мне интересно, — с кокетством настаивала хозяйка комнаты №96.

— Сейчас-сейчас расскажу. Людмила Владимировна? Так Вас зовут?

— А там на двери написано?

— Да мне не интересно! Главное, что Вы — чиновник, который работает за наши налоги. Кстати, за налоги, а не за сборы!

— Я работаю, молодой человек, за свою заработную плату и плачу исправно на-ло-ги.

— Вы можете платить сколько угодно налоги. Можете даже сделать пожертвование Лукашенко и его сыну Коле. Вы знаете, что это ненормально, когда президент оскорбляет народ, презрительно говорит «свядомые»?  

— Молодой человек, откройте дверь, иначе я упаду от запаха.

— Какого запаха?

— У меня в семье не пьют. Я ощущаю его очень остро.

Я выполнил просьбу чиновницы, которая пару минут назад трезвая, замечу, сказала, что работает в правовом государстве, где гражданин, не уважающий президента, не уважает в первую очередь самого себя. В этот момент зашла Сосновская и пожаловалась на то, что я чуть не бросил клочки порванного извещения (цитата) «ей в морду».

— Как фамилия этого человека? Вы посмотрели? — спросила главная.

— Никитенко. Он так демонстративно рвал бумагу, что я испугалась... — пожаловался налоговый исполнитель, опустошивший мусорное ведро от фрагментов извещения.  

— Что?! Неужели вы думаете, что я трону невинных жертв этой системы, простых «винтиков»? Я вас не трону пальцем, — успокоил, — а вот Лукашенко, как президента, нужно уничтожить, чтобы мы свободно работали и дышали!

Наконец, высказав всё, что я собирался донести по поводу идиотского Декрета №3, я забрал листок с электронным адресом налоговой инспекции и покинул Стародорожский исполком с чувством морального удовлетворения. Зайдя по дороге в гастроном, мною вновь овладел мучительный вопрос: почему продавцы на меня смотрят так, словно я — санитарный инспектор?

Источник

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Новости мира
ТЕГИ: налоги,Беларусь,Лукашенко,налоговая,диктатура,сборы,исполком,авторитаризм,тунеядцы
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.