Карьера по-белорусски: 8 лет работы и незаслуженное увольнение

1 августа 2013, 19:40
Блогер из Беларуси
1
711

Мною взята история жителя Гомеля, который проработал 8 лет на БелЖД (Белорусской железной дороге), и незаслуженно, по мнению самого рассказчика, уволен с должности

Как путеец стал программистом

Гена начинал работать в стенах БелЖД обычным рабочим (путейцем), параллельно совмещая свой труд с учёбой на электротехническом факультете БелГУТа. Работа в основном была физическая: Гена таскал рельсы и шпалы на ПЧ-17 (Гомельской дистанции пути).

Спустя пару лет, в 2006 году, когда Гена успешно закончил БелГУТ со средним балом 4.5 из 5, он был переведён начальником ПЧ-17, Каймовичем В. Д., на должность электромеханика. Именно с тех пор наш герой начал проявлять инициативу начинающего программиста, внедряя различные рационализаторские предложения. Можно сказать, Гена взял курс на развитие весьма пассивной программно-технической среды в БелЖД. В частности, себе, своим коллегам и даже своему руководству молодой электромеханик лично разрабатывал и устанавливал программы на компьютер. Новая, столь разнообразная работа нашего героя устраивала: он был доволен, что его программы пользуются спросом и нравятся людям.

Наш молодой электромеханик, и по добровольному совместительству программист, таким образом, зарекомендовал себя на начальной стадии трудовой деятельности инициативным и интересующимся работником. По словам Геннадия, должность электромеханика являлась для него самой лучшей работой из тех, что у него были. К тому же Гена был уверен, что работает среди профессионалов своего дела и отличных людей, ведь железнодорожные пути не терпят возле себя дилетантов – себя погубит и других.

Однако не всё так удачно складывалось для будущего программиста в дальнейшем. Препятствия подстерегали его там, где он должен был себя реализовать в полной мере. Молодой программист чувствовал, что обязан себя проявить всё-таки в той сфере, которая ему интересна. К тому же Гена с детства увлекался программированием, что чётко сформировало его призвание. 

Итак, шанс был уготован. В конце 2008 года в Гомельском отделении ИВЦ БелЖД (информационно-вычислительном центре Белорусской железной дороги, который был создан накануне) появилась вакансия инженера-программиста в секторе административно-хозяйственных задач. Геннадию сразу же посоветовали эту должность, что сыграло роковую роль в его карьерном росте.

 «Я не знал, в какое осиное кубло я лез, знал бы ­– никогда б туда не пошёл»

На первый взгляд может показаться, что новая должность наоборот должна раскрыть таланты начинающего программиста. Однако не всё в белорусской системе определяет должность и желание, многое зависит от профессионализма и стремления руководства.

На новом месте Гена не изменил своим принципам: он по-прежнему активно участвовал в процессе создания новых разработок.

Однажды, когда Гена находился в отделении, к нему подошёл ведущий инженер-метролог НОД-4, Кравцова Т. Р. Она решила поинтересоваться, сложно ли сделать программу для метрологов, и в качестве образца показала ему буклет с одной российской программой для метрологов. К сведению, программа «Метролог» ведёт учёт средств измерений. Такая программа существует в России. На то время, в 2009 году, руководством НОД-4 решался вопрос о покупке у россиян подобной программы за 64 млн. бел. рублей (около 20 тыс. долларов на то время).

Так вот, Кравцова не хотела внедрять российскую версию «Метролога» в НОД-4, так как по её мнению программа была не очень удобной. По этой причине она обратилась к Геннадию. Ответ программиста был краток: «Сделать можно, срок – 1 неделя».

Ровно через неделю Гена принёс первую версию программы. Она, конечно, была не идеальная, но работоспособная. Последующие доработки были небольшие, и в итоге Гена на неё потратил 1.5-2 недели.

После создания программы оставался следующий шаг – внедрение продукта в подразделения. На этом шаге Гена столкнулся с жёстким сопротивлением начальства ИВЦ в лице Бобковой Л. П., что являлось для него непонятным, ведь в ПЧ-17 подобных проблем просто не возникало. Бобкова не желала брать эту программу на сопровождение, так как она была несетевой. Гена мог бы сделать её сетевой, но у него не было доступа к серверу.

Тем не менее, благодаря главному инженеру отделения, Окуловичу В.П., программа была принята на сопровождение и внедрена в Гомельские отделения.

Итак, несмотря на сопротивление руководства, белорусская программа «Метролог» прижилась в НОД-4. Гена был награждён 10-% прибавкой к окладу (это за то, что он сэкономил 20 тыс. долларов) и небольшой премией за прошедший месяц. Отмечу, что прямое руководство Геннадия, т. е. Бобкова Л.П., не хотела повышать зарплату нашему персонажу, и лишь после личного вмешательства главного инженера, Окуловича В. П., в ведомость был вписан 10 %-ый эквивалент. На своём кармане данную прибавку Гена ощутил лишь спустя несколько месяцев. Кроме этого, Гена был награждён дипломом молодого рационализатора Белоруской железной дороги 2012 года.

Но история с этой программой не закончилась. Примерно через полгода появилась информация о том, что в Минске в управлении железной дороги решили создать единую программу для всех метрологов БелЖД. В Центре знали, что в каждом отделении по регионам работает своя программа для метрологов, поэтому и была создана комиссия для того, чтобы выявить наилучшую программу из всех отделений. После объезда комиссией всех отделений программа Геннадия была замечена. По словам программиста, его «Метролог» понравился комиссии из Минска. В итоге Минское начальство приняло решение, что именно Гомельское ИВЦ будет создавать единую программу для всего БелЖД. Однако Геннадия, по странному обстоятельству, не включили в команду по разработке этой программы. На тот момент начальником Гомельского ИВЦ уже стал Разуваев В. Ю.

Итогом такой вот странной организации со стороны руководства ИВЦ стало то, что единую программу для метрологов в БелЖД создавали почти два года, и так не довели до качественного результата. 

Кроме того,  в дальнейшем Гена рассказал мне, что по вине Хомченко Елены Викторовны, его непосредственного начальника, дважды, в 2009 и 2011 гг., программа АСУ ГС, которая управляла станцией Барборов (при Мозырьском НПЗ), находилась в неработоспособном состоянии в течение нескольких дней. А в 2011 году по халатности Хомченко Елены Викторовны за ноябрь ППС Барбаров не досчитала 1,5 миллиардов рублей. В конце месяца это было обнаружено. Деньги, разумеется, вернуть получилось, но для этого работникам ИВЦ и ППС Барбарова пришлось 2 недели вручную пересмотреть огромную стопку бумаг.

Заслуги – ничто, начальство – всё

Эффект равнодушия к инициативе работника со стороны начальства объясняется с одной стороны условиями труда, которые мы унаследовали от СССР, а с другой – нежеланием массово проявлять инициативу, реализовывать свободную активность. Как может начальство себя вести в условиях, когда сотрудники ИВЦ в прямом смысле этого слова играют в игры и смотрят фильмы на своём рабочем месте? И лишь после показушного вмешательства руководства данная тенденция кое-как смещается в сторону рабочего процесса. Естественно, начальник сладко привыкает к пассивному отношению своих работников, и впоследствии ему мало, что хочется менять. Да и зачем? Он всё равно получает больший кусок из бюджета, чем его безмозглый подчинённый.

Тишина и безынициативность, незаинтересованность и пустая начальственная упёртость царят в стенах госкомпаний Беларуси, властвуют в патерналистском сознании граждан. Пример о том, как сотрудники ИВЦ от скуки часами, а порой и целыми днями играют в игры на работе, мною не выдуман, а взят из рассказа нашего героя Геннадия. Молодой программист наблюдал упомянутый процесс в течение всей своей работы в ИВЦ Гомельского отделения. Но эти люди устраивали руководство ИВЦ больше, чем Гена. Поэтому через год руководство решило уволить его, а точнее не продлить годовой контракт. Уже готовились документы и всё необходимое,  чтобы сопроводить перспективного инженера-программиста в неизвестность. К счастью, в конце 2009 года Геннадия спасла малообразованность руководства. Дело в том, что инженера-программиста заранее официально не уведомили об увольнении, что является нарушением трудового кодекса. Таким образом, контракт был продлён с ним ещё на год.

Почему же руководство так не возлюбило молодого программиста, отказалось сотрудничать с ним? Может быть, цивилизованное мышление Геннадия, заключающееся в нежелании исполнять какие-нибудь несущественные указания, а также периодическая работа над сторонними проектами в свободное время повлияли на его судьбу? По мнению самого программиста, у начальства существовал страх перед любой инициативой, которая, как известно, наказуема. И наказывать будут, в случае неудачи, по закону в первую очередь руководство. Поэтому, согласно логике чиновника, «тише едешь – дальше будешь» – оптимальный принцип работы в этой системе. Оптимальный вариант, замечу, лично для начальника.

Так или иначе, конфликт между начальником и подчинённым был неизбежен: начальству нужна была хотя бы видимость работы, которая не особо воодушевляла программиста.  В конечном итоге руководство ИВЦ для себя твёрдо решило – контракт с инженером-программистом Геннадием продлён не будет.

Непродлённый контракт закончился судом

Трудовой контракт в Беларуси у многих вызывает отвращение. В первую очередь недовольны им сами подчинённые, которые имеют меньше «де-юре» прав, чем работодатель. По описанному мною примеру явно видно – как не работай, а начальство возьмёт и не продлит контракт с тобой. И по закону всё будет логично, так как основанием для непродления контракта является истечение срока контракта. Работодатель имеет право вышвырнуть специалиста с должности, несмотря на его заслуги и опыт, уволить лишь по той причине, что он был умнее начальства. А вот сам подчинённый не может уволиться по собственному желанию до истечения срока контракта. В редких случаях основанием для досрочного расторжения контракта могут служить только инвалидность сотрудника, а также невыполнение работодателем условий договора.

Гена отработал продлённый год и был готов уже к предстоящему увольнению. Но уйти нужно красиво, поэтому программист целенаправленно опередил систему: он написал заранее заявление об увольнении на имя начальника Гомельского отделения БелЖД Удодова А.П., обратившись предварительно в инспекцию по социальной и трудовой защите. В частности, по мнению Геннадия, руководством НОД-4 была несвоевременно выдана заработная плата. Кроме того, руководство не оформило с ним должностную инструкцию (должностных инструкций с подписью на руках не было ни у Геннадия, ни у многих сотрудников сектора ИВЦ). Данные обстоятельства могли вполне служить основанием для досрочного расторжения контракта. Могли служить, но не послужили! Геннадия уволили по истечению срока контракта и ни днём раньше. А трудовые инструкции были суетливо созданы начальством ИВЦ задним числом. Подписывать эти бумажки из ниоткуда сотрудники ИВЦ, разумеется, не захотели, что послужило неформальным основанием для их будущего увольнения. Помимо Геннадия, из ИВЦ впоследствии уволились ещё два сотрудника.

После 8-летней работы и незаслуженного увольнения из БелЖД последовал суд, в котором Гена доказывал, что он имел право уволиться из «Гомельского отделения Белорусской железной дороги» до истечения контракта в связи с нарушением контракта со стороны нанимателя. Куча бумаг и сил были потрачены на это разбирательство, итогом которого стала пустота: судья решил, что нарушение трёх пунктов контракта и пяти статей трудового кодекса являются НЕСУЩЕСТВЕННЫМИ!

Но такая развязка не устроила Геннадия. Он решил обжаловать решение районного суда в прокуратуре, которая, кстати, по белорусскому законодательству имеет право отменить решение суда и назначить повторное судебное разбирательство. Но и все последующие обжалования судебного решения не увенчались успехом для уволенного программиста.

Такой итог был предсказуем, ведь, как известно из опыта, белорусские судья стоят не на защите интересов и прав граждан, а на защите и сохранении интересов государства, что является абсолютной нормой для всех авторитарных режимов мира. Данная тенденция останется таковой, пока каждый белорус с его интересами, свободой и судьбой не объявит ОТКРЫТУЮ борьбу против существующего режима. Не заявит о себе с позиции полноправного гражданина, как сделал это Гена.

Несмотря на то, что Гена не смог добиться справедливости в суде, он был удовлетворён в другом плане: в феврале 2013 года  Хомченко Е. В. не продлили контракт, понизив её до простого инженера. Именно Хомченко Е. В. являлась  основной движущей силой по увольнению программиста Геннадия, который, напомню, начинал свой путь с простого путейца на ПЧ-17 г. Гомеля.

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Новости мира
ТЕГИ: Беларусь,карьера,Общество,увольнение
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.