ВЫСОТА 82-86

31 июля 2012, 16:39
0
397

...сам Георгий Константинович о таких мелочах не вспоминал и в мемуары их не вносил, но местные пионеры,где-то узнав, на каменной ограде написали большими белыми буквами : " ЗДЕСЬ БЫЛ ЖУКОВ!"...

                                                               Высота 82-86

      После сражения, на Курской дуге, войска Степного фронта, под командованием генерала - армии И.С. 

Конева, ведут наступление на Полтаву, 13 гвардейская стрелковая дивизия нацелена на взятие самого города. 

Правый фланг  дивизии обеспечивает стрелковый полк подполковника Петра Сергеевича Духова, в составе 3

-х батальонов. Общей численностью 980 бойцов. Активных действий на этом участке фронта проводить не 

планировалось, и полк окопался на опушке небольшого леса. Ждали пополнение и артиллерию. 
      Перед лесом, где расположилось подразделение, подполковника Духова было открытое пространство, в 2-х 

км. левее, за рекой, виднелось небольшое село, хат 30, не больше. Все, вроде было нормально. Только очень 

нервировала и вселяла тревогу небольшая высотка, которая находилась метрах в 500-стах впереди, перед речкой и 

селом за ней. Обозначенная на картах как "Высота 82". 
      Где - то слева сильно гремело и  бахало, лил мелкий противный дождь. Но на участке полка все было 

спокойно, и командир отдал приказ, подтянуть полевые кухни, а личному составу приготовиться к приёму пищи.
       В это же время, с противоположной стороны, командир батальона панцергренадер, Гауптман Залесски ставил 

задачу лейтенанту Францу Вейсу. Развернув карту и одновременно поглядывая, влево, за речку он объяснял, 

только что прибывшему из госпиталя, лейтенанту боевую задачу.
        - "Понимаешь Франц, вот - та высотка, - почему - то обозначенная на немецкой карте как "высота 86", - 

при грамотном использовании может заткнуть целый километр нашей дырявой обороны. На пол километра от нее, в 

каждую сторону заливной луг. А после сегодняшнего дождя он вообще превратился в болото. Я не думаю что 

русские, такие дураки что будут наступать там. Но чем черт не шутит. Так что бери свой взвод и займи эту 

несчастную высоту. Связи у нас с тобой не будет, рацию мы потеряли еще позавчера, во время обстрела, поэтому 

думай сам и действуй по обстановке. Если станет горячо, отойдешь к нам, вот по этому чуду, которое русские со 

свойственным им юмором называют мостом." -   и показал на полуразрушенный, покосившийся перекидной мостик, 

находившийся метрах 200-х впереди. Через село и мостик проходила грунтовая дорога терявшаяся в степи. 
      Гауптнам Залесски был грамотным командиром. Он воевал на восточном фронте с января 1942 г. и уже успел 

получить 2 ранения и "Железный крест"за Ростов. Солдаты считали его опытным воякой, и готовы были идти за ним 

хоть в пекло.
      Лейтенант Вейс сказал "Яволь" - четко отдал честь и повернувшись по уставу, пошел готовить свой взвод к 

выступлению.
 Через 40 минут, пополнив боезапас и взяв сухой паек они двинулись на высоту "86".
 Их было 27. 
Замыкал колону лопоухий и конопатый, долговязый увалень Александр Штольц. О политике и расовой ненависти он 

не имел и малейшего представления. Еще в прошлом году, закончив школу, Александр помогал отцу в столярной 

мастерской. По воскресеньям, после церкви, гонял в футбол с пацанами и тискал на заднем дворе Гретхен - 

ядреную блондинку с ямочками на румяных щечках.  О войне Александр не думал вообще. И в вермахт он попал как 

кур в ощип с последним призывом. Не до конца прейдя в себя, после муштры на 3-х месячных курсах пулеметчиков 

наш вояка теперь плелся в конце колонны, таща на спине тяжеленную станину от пулемета МГ - 42 . Да еще в 

каждой руке пришлось нести по коробке патронов.
      Мысли его в это время были далеко. А думал он о том, что когда закончится война, и вернувшись домой, 

может быть даже с медалью,переступив порог своего уютного домика, где так вкусно по утрам пахнет 

свежевыпеченными булочками, обнимет свою дорогую мамочку, поздоровается с отцом, и бросив на широкий 

подоконник с геранью свою шинель, побежит к своей ненаглядной Гретте. И дальше все будет очень хорошо, даже 

замечательно.  Солдаты подшучивали над ним, но Александр не обращал на это внимания. Подгоняемый такими 

мыслями и непонятно откуда взявшимся запахом свежего хлеба, он ускорил шаг.
     На место прибыли уже в сумерках, быстро окопались и расставили посты. После чего поужинали и по старой 

фронтой традиции легли спать. На рассвете оглядевшись в своих окопах, солдаты начали искать ориентиры и по 

приказу лейтенанта стали пристреливать местность. Показания прицельной  планки пулемета, лейтенант Вайс  внес 

в свой блокнот.
 В утренней тишине звуки выстрелов разнеслись на всю округу.
   Эти выстрелы разбудили Кольку Донцова, сладко спавшего в окопе с противоположной стороны поля, в лесу.
      Колька - комсомолец и разгильдяй, прибавивший себе в биографию лишний год, 4 дня назад прибыл с 

маршевым пополнением в часть, после 2-х недельной начальной боевой подготовки. Подготовка это выражалась в 

разгрузке капусты на близлежащей станции и 3-х разовой стрельбе по грудным мишеням.
На фронт Колька рвался потому, что боялся, что Гитлера поймают без него, а над ним потом будут смеяться 

девчата в сельском клубе. Он тоже часто  вспоминал маму, родную Варваровку и рыжую Светку, секретаря 

комсомольской ячейки, красивую и недоступную, отличницу.
 Потянувшись до хруста в костях и встряхнув головой, чтобы быстрей прийти в себя после сна, Колька увидел, 

что в дальнем конце окопа "Дядя" Митя собрал вокруг себя недавно прибывших с ним пацанов и что - то им 

втолковывает.
      Дмитрий Иванович Сажин был личностью приметной и уважаемой. На Финской он был старшим лейтенантом, но 

после тактических расхождений и мордобоя с ротным комиссаром был отдан под суд и разжалован в рядовые. Сам 

он, считал что легко отделался. На фронте Сажин находился с первых дней. Был ранен под Минском, и награжден 

медалью "За отвагу". Потом еще был орден "Красной звезды" за Курск и еще одно ранение. Но в звании его так и 

не повысили, как политически ненадежного.
       Заинтересовавшись, Колька подтянулся поближе, и стал слушать.
       "Вы байстрюки"- говорил дядя Митя - "Когда пойдете в атаку, не бегите гуртом как овцы, разбейтесь на 

пары и разойдитесь в стороны, один бежит вперед, другой прикрывает огнем, потом меняетесь, потому что немец, 

чтоб ему гаду, лупит из пулемета туда где больше народу. И прежде чем встать, примять впереди кочечку или 

пенек.  Прибежал, за него и бухнулся. И сразу стреляй, прикрывай товарища." 
 Выбрав самый красивый кисет из протянутых пацанами, Дмитрий Иванович, неспеша скрутил толстенную цигарку. 

Осмотрел ее со всех сторон и только после этого, закурил, затянувшись пару раз. Доведя нетерпение мальчишек 

до высшей точки, он продолжал: "Если спрятаться негде, то не лежи на месте, перекатывайся из стороны в 

сторону. А то вражина, сука, пристреляется, и все, каюк! Мамку шибко расстроите. Да! И это дурацкое, ура, не 

орите! Потому что себя демаскируете и немцев предупредите о своих намерениях. В атаку надо ходить молча, это 

врага больше пугает, а орать надо, когда уже к нему в окоп прыгать собрались. Вот так пацаны. Думайте!"
       Встал, отряхнулся и пошел на кухню пить чай.
 Эти же выстрелы разбудили подполковника Духова, мирно спавшего у себя в блиндаже. При первых же выстрелах 

Петр Сергеевич вскочил с лежака и уронив на пол шинель, которой был укрыт, бросился к смотровой щели.
        "Ах! Чтоб тебя сука" - бросил он в сердцах. Начштаба  ко мне! - крикнул он в открытую дверь блиндажа 

и опять посмотрел в амбразуру. За дверью быстро замелькали тени. Через несколько минут, комполка даже не 

успел застегнуть китель, в землянку, топая сапожищами 46 размера, ввалился начштаба майор Таджиев.
        -"Видал" - подполковник махнул рукой в сторону амбразуры: "Просрали высотку. Эх, надо было еще вчера 

туда разведвзвод двинуть. А теперь что? Б... Ладно! Немцы - не идиоты, по открытой местности атаковать не 

будут! Но ты, прикажи комбатам привести бойцов в боевую готовность и смотреть в оба. Подтянем артилерию, к 

вечеру, вышибим их оттуда в 2 минуты! Ну все! Иди распоряжайся. А я пока съем что - нибудь, а то от всей этой 

хрени у меня что - то язва... "- и махнул рукой. "Все! Иди!"
 Неуверенно отдав честь, оглянувшись в дверях майор вышел из блиндажа. Подполковник тяжело опустился на 

лежак.
         И эти же самые выстрелы услышали в веренице машин, которые с матами , пытались выбраться  из 

непролазной грязи на грунтовке, проходившей в тылу расположения подполковника Духова.
        В этих машинах ехали: Великий и Ужасный, будущий Маршал Победы, а нынче представитель Ставки Г.К. 

Жуков, сопровождающие его лица, взвод связи и рота охраны.Услышав недалекие выстрелы, охрана быстро и 

профессионально разбежалась по кустам  и взяла ППШ и на изготовку. Начальник охраны с двумя автоматчиками 

бросился к машине Маршала.
 На этом Богом забытом проселке кортеж оказался случайно. Ехали в штаб фронта, а Харьковскую трассу разнесли 

к чертям собачьим свои же штурмовщики и пришлось искать объезд. Да еще, вернувшийся только что, головной 

дозор, доложил, что мост впереди поврежден и саперы сказали что, раньше чем через 3 часа исправить его не  

смогут. Матюкнувшись, Маршал вылез из машины, чтобы размять ноги и сразу провалился в грязь выше щиколоток. 

Матюгнувшись еще раз, только позабористей,  он, тяжело вытаскивая ноги из лужи, вышел на обочину дороги и 

огляделся. Сопровождающие, брызгая друг на друга грязью, бросились к нему.
         - "Чье это хозяйство? - спросил Маршал ни к кому не обращаясь и указал на студебеккеры, стоящие в 

лесу, метрах в 100-х от них. Заместитель начальника штаба фронта, заглянув в свой блокнот, доложил. 

"Хозяйство подполковника Духова, товарищ  Маршал."- и добавил:"По нашим данным здесь должно быть тихо!"
          -"Ну пошли, что ли, посмотрим почему здесь не ТИХО" - сказал Маршал, и уверенно зашагал по мокрой 

траве в сторону леса. Автоматически и все остальные последовали за ним.
 Ему навстречу, путаясь ногами в скользкой траве и кривясь от боли в желудке, уже бежал подполковник Духов с 

своим начштаба.Не добежав метров 10, он перешел на строевой шаг, подошел и доложил, срывающимся от бега и 

волнения голосом:
        - "Товарищ Маршал! Коман..."
        - "Ладно! "- не дал ему закончить Георгий Константинович. 
        - "Веди! Показывай, что у тебя здесь за стрельба."
 Вся делегация во главе с Маршалом, распугивая куривших под деревьями красноармейцев пошла через лесок к 

опушке. Маскируясь кустами и деревьями,вся группа расположилась за небольшим пригорком.
        - "Вон! На той высотке немцы, товарищ Маршал." - доложил Духов представителю ставки и протянул свой 

бинокль.
        - "Ведут себя тихо. Никаких действий не предпринимают." - добавил он.
        - "Что значит тихо?" - переспросил Маршал не взяв протянутый бинокль.
          Узнав, что в расположении части находятся Жуков, "дядя" Митя, по своему опыту, зная чем это может 

кончиться, уже встречались, бросил недопитый чай, и побежал собирать "своих пацанов".
 Нашел их перепуганных и непонимающих что происходит, возле полковой кухни в небольшом овражке. Бросив им: 

"Все за мной!" - быстрым шагом пошел в расположение роты. Пацаны "дядю" Митю уважали и даже слегка 

побаивались, и хоть считали его стариком, перечить не посмелели,и послушно побежали за ним. А "дяде" Мите 

всего то было  29 лет. Но как бы там ни было Дмитрий Иванович, опытный солдат, рассадив хлопцев в окопе, 

провел с ними короткую, толковую беседу.   
          - "Так бесята, слушайте внимательно! На второй раз времени может не хватить! Перед атакой, а в нее 

мы пойдем можете не сомневаться, так вот, перед атакой не жрать, и сходить опорожниться! Отставить ХИХОНЬКИ! 

Если пуля ударит в живот, а туда она дура чаще всего попадает, у вас  будет дополнительный шанс! Если, не дай 

Бог кого-то зацепит, сразу, если сможете конечно, старайтесь ползти назад в расположение, санитарам легче вас 

будет  собирать. Помните что я вам говорил утром. Если не будете выполнять, после боя так врежу, что немцы 

родными покажутся! Все! Марш по кустам! И не жрать! Я вас, несмышленышей хочу до Берлина довести! А потом 

мамкам раздать!" - он встал и собрался уходить, но потом повернулся, подмигнул, показал в улыбке белые зубы и 

добавил: "А может кому - то папкой останусь!" - засмеялся и ушел по траншее. Искать ротного.
          Пацаны от этой шутки повеселели и почувствовали себя уверенней. Они встали и весело галдя о 

геройстве и наградах начали готовиться к бою.
       Взвод лейтенанта Вейса, пристреляв площади, и проверив оружие сел завтракать. Александр со своим 

вторым номером и ближайшим другом Гансом Штельмаером, прикопив коробки с патронами и завернутые, в 

промасленную бумажку,  сменные стволы к пулемету, тоже достали галеты и открыв термос с кофе собрались 

завтракать. Хлебая еще теплый кофе, они с уважением поглядывали на свой пулемет. МГ - 42 впечатлял!
          Он только что стал поступать на вооружение пихотных частей Вермахта. И вызывал у солдат восхищение. 

Прицельная дальность 1000 м. Скорострельность такая, что только успевай подносить патроны. Пулеметчиков 

специально обучали  быть короткими очередями, 3-7 выстрелов. Пули, очень кучно, ложились именно туда, куда 

целился пулеметчик. 
 Мечта и ужас одновременно. Во взводе было еще "2 МГ - 34", но это, так,  мелочи. Основная надежда была на 

42-й.
         - Что значит тихо?, - спросил Жуков, повернувшись всей своей кряжистой фигурой к командиру полка.    

      -Взять! Немедленно!!!.
         У подполковника Духова мгновенно вспотели руки. Окружающие тревожно замолчали. 
Глубоко вздохнув, комполка начал говорить очень быстро, чтобы не перебили, успели остановить:
         - Товарищ Маршал! Полк 5 дней как из тяжелых боев, потеряли 70 процентов состава! Пополнение прибыло 

3 дня назад! Необстрелянные мальчики 18-ти лет. Командиров не хватает! Артиллерии нет! Разрешите...
         - Ты что, подполковник? Приказа не понял? ,- тихим голосом, чеканя каждое слово, бросил Маршал, и в 

упор посмотрел на Духова. Комполка побелел, и почувствовал внезапно, как отпустила  ноющая с утра боль в 

желудке.
         - Никак нет! Понял! Разрешите выполнять? 
         - Выполняй! Быстро!
         Было 9 часов 47 минут утра. 
         Кошмар начался в 10.15!
        Первым в атаку пошел 2-ой батальон капитана Вороненко, в котором и служил "дядя" Митя с известными 

нам пацанами. 
 Я надеюсь все могут себе представить, что такое заливной луг, после суточного дождя. Это небольшие озерца, 

окна с непролазной грязью спрятанные в камышах, болотистые участки, и короткая до колена, густая трава. Очень 

мешающая двигаться. 
 Когда рядовой Штольц увидел как из лесу вышла цепь русских и двинулась на них, у него, от неожиданности из 

рук выпала кружка с кофе. Крикнув: "Русские идут", -  он прыгнул в окоп и начал судорожно вставлять ленту в 

пулемет. Лейтенант Вейс выглянул из окопа, одел каску, посмотрел на своих солдат, и коротко приказал: 

"Приготовиться!" Осмотрел свой МП- 38 и добавил: "Огонь по готовности".
           Когда цепь отошла от леса метров на 200, небо обрушилось на землю! Одним из первых упал "дядя" 

Митя очередь раздробила ему ноги выше колена. Он увидел как в шагах 10 от него упали 2-е пацанов. Один затих 

сразу, а второй, рыжий Вовка, по щенячьи завизжал и начал сучить ногами. Дмитрий Иванович пытался доползти до 

него, но не смог. Умер. Истек кровью.
          Пули рвали бойцов, траву, камыши. 
Укрыться было негде! 
 Колька Донцов, упав в лужу возле убитого комбата, несколько раз выстрелил по высотке, и когда он пытался 

поменять обойму в винтовке, очередь достала и его. Пули прошили его от левого плеча, через спину, до правого 

колена. Он даже ничего не почувствовал.
 Бойцы метались на открытом и ровном как стол лугу. Оставшиеся командиры пытались им что - то кричать, но за 

выстрелами никто ничего не смог разобрать.
 Их просто убивали! Выборочно!
 Духов метался в передовом окопе. Что - то неразборчиво мычал, через крепко сцепленные зубы, мотая из стороны 

в сторону головой, и бил кулаком по брустверу.
         Жуков, молча, смотрел в бинокль, как, неумолимо, редела цепь впереди. 
         Александр испуганный до смерти, но вместе с тем вышколенный до механизма, стрелял, суетливо менял 

ленту в пулемете. Что- то кричал своему второму номеру, Гансу. Потом они вместе, обжигаясь и всхлипывая, 

меняли ствол в пулемете. Потом опять стреляли, не видя ничего кругом. Только людей в 200-х метрах впереди, 

которых им нужно было УБИТЬ! Он орал на Ганса, и опять стрелял. Очнулся Александр, только тогда, когда чем - 

то липким и горячим брызнуло ему в лицо. Посмотрев на право, он с ужасом увидел. Что его другу и напарнику 

Гансу, выстрелом снесло пол головы, а он, сам, стоит весь забрызганный его мозгами и кровью. Бросив пулемет, 

и укусив себя за правый кулак Александр, медленно, съехал на дно окопа, и зарыдал.
         Прибежавший, к внезапно замолчавшему пулемету лейтенант Вейс увидел картину от которой ему стало не 

по себе. Сидя на корточках и плача, его боец Штольц, выбирал из земли куски черепа своего друга и 

окровавленными, испачканными землей пальцами пытался вставить их на место, в голову Ганса. Но думать было 

некогда, шел бой. И он переступив через Александра, сам стал к пулемету. И открыл огонь. 
         
 Петр Сергеевич Духов - был человек смелый и честный солдат. Поэтому 2-ю волну, выхватив автомат у радиста, 

повел сам! 
Он  довел остатки полка до подножья высоты. Но попав под перекрестный огонь 2-х пулеметов был убит. Вместе с 

ним полегли те, кто еще оставался жив. Все закончилось меньше чем за 1 час.
          Поле боя представляло из себя адскую картину. Все было залито кровью! Убитые лежали группами и по 

одиночке. Между ними ползали и кричали раненные, Санитары пытались добраться туда, но не могли. Все 

пространство от леса до высотки простреливалось из пулемета. И они в бессилии метались за деревьями на опушке 

леса. А немцы, одуревшие от запаха пороха и крови, стреляли во все что двигалось или подавало признаки 

жизни.Полка больше не существовало!
          Заместителю начальника штаба фронта, который сопровождал Маршала в этой поездке, от всего 

увиденного стало плохо и он расстегнул воротник френча, задыхаясь сел на песок. К нему бросились те, кто 

стоял поближе.
          В это же время в Жукову подошел начальник охраны и доложил: " Мост впереди исправлен , можно 

ехать".
          Бросив: "Ё...! Нихрена воевать не умеют!", - Маршал повернулся и пошагал к машинам. Остальные, 

стараясь не оглядываться, и пряча глаза, последовали за ним. Они прошли мимо дымящейся, вкусно пахнущей 

кашей, полевой кухни, возле которой сидел, прямо на песке, старик татарин - полковой повар. Он плакал, бил 

себя руками по голове, и что - то протяжно говорил на своем языке. 
Рядом, у его ног лежал раскрытый мешок из которого вываливалось несколько  буханок хлеба.
         В это же время бойцы 84-й Харьковской и 13-й гвардейской стрелковой дивизии ворвались в Полтаву и 

завязались уличные бои. 
Командование Вермахта за пол часа до атаки приказало: "Всем подразделениям отойти на новый рубеж обороны, за 

Днепр!"
          Вечером этого же дня лейтенант Вейс уводил свой взвод в расположение батальона. Все были молчаливы, 

и как - будто прибиты случившимся. Такой мясорубки никто из них еще не видел. Хотя между ними были опытные 

ветераны, прошедшие всякое на Восточном фронте. Но картина, произошедшая утром, была настолько пронзительна и 

неправдоподобна, что многих из них  до сих пор била нервная дрожь, а в ушах стояли крики умирающих русских.  

Они несли 2-х убитых, 4-х раненных и вели тронувшегося умом, там на высотке, пулеметчика Александра Штольца. 

Все лишнее, и даже станок от МГ - 42, они оставили на высоте. Нужно было уносить своих убитых и раненых.
          На следующий день, утром, похоронная команда, состоявшая из пленных словаков,  насчитала 623 

убитых, и 196 раненных. Большинство раненых умерли ночью потому что вовремя не подошла помощь.
  Александр Штольц, погиб в 44-м во время бомбежки в Гамбурге , где он лечился в госпитале для военных 

инвалидов.
      В 1963 году, на месте братской могилы, силами местных властей поставили памятник с именами всех 

погибших.
       Сам Георгий Константинович о таких мелочах не вспоминал и в мемуары их не вносил, но местные пионеры, 

непоседы и проныры где-то узнав, на каменной ограде написали большими белыми буквами :
                                        "Здесь был Жуков". 
       
       Все! Спокойной Вам ночи Господа!



       

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Пользователи
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.