Сборный вопрос

21 декабря 2013, 07:38
член Наблюдательного совета Института энергетических стратегий
0
132

У попередньому дописі я спробував поглянути на роль та позицію ЄБРР у питанні ставлення і оцінки «місцевої складової».

Як мені видається, вийшло цікаво і пізнавально. Доповнюючи і розвиваючи тему поставлю іще один матеріал («Бізнес», №50, Михайло Дикаленко), який іще повніше та розлогіше описує нинішню ситуацію із «місцевою складовою» у відновлювальній енергетиці. У тому числі, багато думок із матеріалу я поділяю і навіть частково мене у статті цитують. Принаймні, зараз альтернативна енергетика належить до тієї сфери енергетики, яка приваблює інвестора. І приклад ЄБРР показовий. Тому читаємо і думаємо.


Через полгода вступает в силу положение Закона “Об электроэнергетике”, согласно которому “местная составляющая” при строительстве новых объектов альтернативной энергетики увеличивается с нынешних 30% до 50% (для биотопливных и биогазовых станций эта норма вступит в силу в начале 2015 г.).

 

Как уже неоднократно писал БИЗНЕС, весь прошедший год на рынке возобновляемых источников энергии (ВИЭ) не утихали дискуссии по поводу как ожидаемого увеличения показателя локализации производства энергооборудования, так и целесообразности существования “местной составляющей” как таковой.

 

В мае 2013 г. в парламенте был даже зарегистрирован законопроект о полной отмене обязательной локализации производства (что, кстати, являлось одним из требований ЕС при подготовке Соглашения об ассоциации). А месяц назад Министерство экономического развития и торговли обнародовало законопроект “О внесении изменений в ст.17 Закона Украины “Об электроэнергетике” относительно размера “местной составляющей” для объектов электроэнергетики”. Документ предлагает в следующем году уменьшить обязательную локализацию до 25%.

 

БИЗНЕС решил разобраться, что отечественной машиностроительной базе уже дала “местная составляющая” и какие возможные инвестиции в украинскую промышленность могут быть привлечены, если требование локализации все-таки будет оставлено в законодательном поле.

 

Что привлечено

 

Как рассказал Юрий Корольчук, эксперт Института энергетических стратегий, наиболее известные и крупные проекты производства оборудования и комплектующих для объектов альтернативной энергетики реализованы в “солнечном” и “ветровом” сегментах.

 

“В организацию производства поликремния в 2008-2011 гг. было вложено более 4,5 млрд грн. В Украине есть несколько предприятий, производящих элементы фотоэлектрических панелей и осуществляющих их сборку. Например, линию по сборке модулей в прошлом году запустило ООО “Проджени Солар Украина”(г.Николаев, Львовская обл.; 36 чел.; с 2011 г. – Ред.).


 

В прошлом же году концерн AEG локализовал в Украине изготовление инверторного оборудования для солнечных электростанций на дочернем предприятии “ЗВ Пауэр Украина”, – вспоминает эксперт.

В ветроэнергетике, по его мнению, самым значимым является запуск производства ветротурбин на Краматорском заводе тяжелого станкостроения по технологии “Фурлендер Виндтехлоджи” (для ООО “Ветряные парки Украины”), в которое было вложено 770 млн грн.

 

“Однозначно – “местная составляющая” дала хороший толчок развитию бизнеса по производству ветроустановок. Без введения этого правила Украина продолжала бы закупать зарубежные турбины, а отечественные предприятия простаивали бы”, – отмечает Антон Сафонов, руководитель направления стратегии и развития бизнеса ООО “Управляющая компания “Ветряные парки Украины” (г.Краматорск, Донецкая обл.; суммарная установленная мощность ВЭС – 125,53 МВт; с 2011 г.; более 500 чел.).

 

Кроме того, Александр Юденко, директор департамента солнечной энергетики ПАО “Квазар” (г.Киев; производство солнечных модулей по полному технологическому циклу; строительство солнечных систем и электростанций; с 1961 г.; в частной собственности – с 1992 г.; более 200 чел.), полагает, что эффект от введения “местной составляющей” нельзя считать прямолинейно – по количеству вложенных средств или созданных рабочих мест на основном производстве.

 

По его подсчетам, например, одно рабочее место в фотовольтаике создает шесть рабочих мест в смежных отраслях – металлургии, химической отрасли, логистике и т.д., что, в свою очередь, привлекает инвестиции в эти направления.

 

Впрочем, по мнению некоторых экспертов, думать, что развитие производства оборудования для ветровых и солнечных электростанций обусловлено “местной составляющей” – все равно, что “ставить телегу впереди лошади”. Как полагает Виктор Андриенко, руководитель департамента аналитики ООО “IBCentre” (г.Киев; консалтинг в сфере чистых технологий; с 2006 г.; 11 чел.), можно говорить, скорее, не о том, что заводы построены под “местную составляющую”, а о том, что она была принята под влиянием лоббирования крупнейших игроков рынка альтернативной энергетики.

 

“Иными словами, строительство предприятий, введение “зеленых” тарифов и “местной составляющей” – это комплексное взаимосвязанное действие”, – поясняет аналитик.

 

По словам Виталия Мурашкина, эксперта Ассоциации возобновляемой энергетики “Альтернатива” (г.Киев, проекты в сфере альтернативной энергетики и энергосберегающих технологий; с 2012 г.; 10 чел.), требование относительно 30%-ной “местной составляющей” начало действовать только в июле этого года (до этого локализация производства была установлена на минимальном уровне в 15%). Поэтому и говорить о значительных достижениях пока очень рано.

 

Может, будет

 

Впрочем, в ожидании возможной отмены “местной составляющей” или предлагаемого Минэкономразвития уменьшения ее размера игроки рынка свернули свои инвестиционные планы. По крайней мере, пока.

 

Как рассказал БИЗНЕСу Николай Пашкевич, председатель Государственного агентства по энергоэффективности и энергосбережению Украины (Госэнергоэффективности), в ближайшее время “Фурлендер Виндтехлоджи” рассчитывает расширить ассортимент производимого в Украине оборудования, начав изготовление одной из самых современных в мире моделей ветротурбин установленной мощности 3 МВт.

 

Датская Vestas Wind Systems AS подписала меморандум с ПО “Южмаш”, согласно которому на этом днепропетровском предприятии будет налажено производство башен для ветрогенераторов, которые будут использованы, в частности, на Ботиевской ВЭС. Также сейчас проводится реконструкция на запорожском ОАО “Завод полупроводников”. После ее окончания на предприятии будет налажено ежегодное производство 5 тыс.т поликремния, с возможностью дальнейшего наращивания производства до 10 тыс.т в год, что, по оценкам чиновника, обеспечит производство солнечных модулей в Украине.

 

Кроме того, говорит г-н Корольчук, в 2014 г. тот же “Фурлендер Виндтехлоджи” наладит и производство лопастей для ветротурбин (сейчас их импортируют). “На это нужно будет 200-350 млн грн.”, – отмечает аналитик.

 

Основываясь на информации об этих проектах, г-н Пашкевич убежден, что “для сохранения существующей производственной базы, а также для привлечения новых инвестиций в сферу возобновляемой энергетики минимальный размер “местной составляющей” для всех видов объектов ВИЭ должен быть сохранен на нынешнем уровне – 30%”.

 

С одной стороны, это будет стимулировать инвестиции в украинское машиностроение и приборостроение, с другой – не застопорит и развитие самой альтернативной энергетики. Так, по словам Андрея Конеченкова, председателя правления Украинской ветроэнергетической ассоциации, развитие производственных мощностей и их состояние пока не позволяют Украине обеспечить 50% локальной сборки.

 

“В ветроэнергетическом секторе нужно оставить требования по “местной составляющей” на ближайшие два года на уровне 30%”, – говорит эксперт. С этим соглашается и Виктор Андриенко:“Наилучший вариант – оставить требование в 30% к “местной составляющей”, к которому игроки рынка начинают постепенно привыкать. Но правила должны быть неизменными длительное время – это основное условие для стимулирования развития отраслей ВИЭ в Украине. Таким образом мы сохраним статус-кво в ветровой энергетике, привлечем дополнительные инвестиции в сборку солнечных модулей, а также в развитие рынка солнечных инсталляций”.

 

Однако, если сохранение “местной составляющей” подходит для развития “ветра” и “солнца”, то биоэнергетической отрасли это требование может только навредить.

 

По словам Георгия Гелетухи, председателя правления Общественного союза “Биоэнергетическая ассоциация Украины” (БАУ; г.Киев; профессиональное объединение компаний и экспертов в области возобновляемой энергетики; с 2012 г.; более 30 участников), производство большинства видов оборудования для электростанций, использующих биомассу и биогаз (или их основных комплектующих), в Украине пока не освоено. По прогнозам функционера, не будет оно освоено и в обозримом будущем.

 

“Украинские производители никогда не выпускали, не выпускают сейчас и никто из них не объявил даже о планах выпуска оборудования для биоэнергетики. Допускаю, что для секторов ветровой и солнечной энергетики, где ситуация с производством местного оборудования значительно лучше, предложенные Мин экономразвития требования относительно “местной составляющей” на уровне 25% близки к компромиссу, который устроит основных игроков этих секторов. Но БАУ выступает за полную отмену этого требования, по крайней мере, для биоэнергетики”, – категорически заявляет г-н Гелетуха.

Не забудем о пряниках

 

Нельзя сказать, что в вопросе развития производства оборудования для возобновляемой энергетики государство ограничивается лишь требованиями к “местной составляющей”. По словам Максима Сысоева, советника, адвоката юридической фирмы Danevych law firm (г.Киев; с 2012 г.; 15 чел.), в сфере альтернативной энергетики действует и целый ряд достаточно серьезных льгот, прямо или косвенно стимулирующих производственную базу.

 

Прежде всего не стоит забывать, что соблюдение “местной составляющей” является одним из условий получения “зеленого” тарифа и открывает для инвестора возможность продавать электроэнергию по фиксированной высокой цене до 2030 г. (а украинские “зеленые” тарифы – одни из самых высоких в Европе).

 

Кроме того, объекты ВИЭ получают льготу в виде снижения налога на землю на 75%, а если электростанция расположена на коммунальной или государственной земле, арендная плата не может превышать 3% нормативной стоимости участка. Помимо этого если предприятие энергетики производит электричество исключительно из возобновляемых источников, то до 2021 г. оно освобождено от уплаты налога на прибыль.

 

Такая же льгота, только до 2020 г., установлена и для предприятий, занимающихся когенерацией с использованием биотоплива или производством тепловой энергии из биогаза. Перечисленных льгот уже вполне достаточно, чтобы заинтересовать предприятия альтернативной энергетики вкладывать средства в машиностроительную базу.

 

Правда, одновременно с этим действует и норма об освобождении от ввозного НДС и таможенных пошлин самого оборудования для производства комплектующих для объектов ВИЭ.

 

Функционер – о заинтересованности

 

Андрей Конеченков (54), председатель правления Украинской ветроэнергетической ассоциации (г.Киев; с 2008 г.; 140 участников):

 

– Принятый в 2009 г. Закон, стимулирующий развитие альтернативной энергетики, предусматривал отсрочку введения правила “местной составляющей” на три года (до 2012 г.), и западные девелоперы не придали ему серьезного значения. В результате спустя три года “местная составляющая” стала серьезным барьером для продвижения ряда проектов.

Более того, одним из требований ЕС к Украине стало требование о полной отмене правила “местной составляющей”. Целью такой политики является упрощение доступа европейских компаний на украинский рынок.

Сейчас в Европе наблюдается перепроизводство оборудования, которое нужно продавать. Украина же, естественно, заинтересована в развитии своей производственной базы, в инвестировании в национальное производство, а значит, в создании новых рабочих мест и, соответственно, борьбе за свой рынок.

 

Ветроэнергетик – о противоречии

 

Герман Айнбиндер (43), директор ООО “Винд Пауэр” (дочерняя компания ООО “ДТЭК”; г.Донецк; 2 ветропарка; с 2008 г.; 50 чел.):

– Правило “местной составляющей” направлено в основном на поддержку национального машиностроения. Но одновременное решение двух задач – строительства современных энергетических объектов и поддержки национального машиностроения – может препятствовать эффективному развитию как одной, так и другой отраслей.

В частности, высокий уровень “местной составляющей” усложняет развитие “зеленой” энергетики, поскольку нужно привлекать производителей оборудования, требуется длительная организация производства в Украине. Однако предлагаемое снижение уровня “местной составляющей” до 25% – на мой взгляд, достаточно взвешенное и не повлияет на реализацию проектов альтернативной энергетики в Украине.

 

“Солнечный” энергетик – о сигналах

 

Михаил Черевко (32), генеральный директор ООО “Актив Солар” (г.Киев; 4 солнечные электростанции, производство поликремния на запорожском ЧАО “Завод полупроводников”; входит в международную группу Activ Solar (г.Вена, Австрия; с 2008 г.; 1,6 тыс.чел. в 11 странах мира):

– Чтобы отрасль нормально развивалась и демонстрировала положительную динамику, необходима стабильность законодательного поля страны в сфере возобновляемой энергетики и функционирования энергорынка в целом.

Частые смены законов и нормативных актов не способствуют повышению доверия инвесторов к этому сектору, несмотря на его привлекательность. Если постоянно менять правила игры в стране, где инвестиционный климат и условия ведения бизнеса далеко не идеальны, – это может стать негативным сигналом для энергетического сообщества.

Кроме того, не стоит забывать, что заводы по производству оборудования и комплектующих для “зеленой” энергетики строятся годами. Инвесторы должны иметь прозрачные и понятные условия игры и понимание перспективы для своих вложений.

 

Аналитик – о перспективах

 

Юрий Корольчук (33), эксперт Института энергетических стратегий (г.Киев; общественная организация в сфере добычи, производства, переработки и сбыта энергоносителей; с 2010 г.; 4 постоянных эксперта):

– Уменьшение размера “местной составляющей” – довольно опасное решение, оно может быть расценено инвесторами как сигнал “сворачивать работу”. Государство идет навстречу зарубежным и отечественным инвесторам в вопросе гарантированных ставок “зеленого” тарифа.

Соответственно, государство закономерно ожидает, что компании, которые инвестируют в возобновляемую энергетику Украины, будут не только получать прибыль, но и развивать местное производство оборудования, механизмов и комплектующих.

Тем более что о “местной составляющей” знали еще с апреля 2009 г. – у инвесторов было четыре года для строительства станций без привлечения “местной составляющей” и три года для локализации своего производства. Если “местная составляющая” сохранится на нынешнем уровне, то через пару лет Украина, загрузив мощности машиностроительных предприятий, уже будет экспортировать оборудование в другие страны.

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Пользователи
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.