Лекарство для души

3 мая 2012, 19:52
Громадський діяч
0
7448

Мой двоюродный дед Вадим Чабан пропал без вести в Литве в самом начале войны. Я узнал о нем от бабушки и пообещал тогда, что помогу найти ее родного брата. С этого и началось мое занятие поиском…

 

Мой двоюродный дед Вадим Чабан пропал без вести в Литве в самом начале войны. Я узнал о нем от бабушки и пообещал тогда, что помогу найти ее родного брата. С этого и началось мое занятие поиском…

В своем родном Кривом Роге познакомился с ребятами-поисковиками, напросился к ним в экспедицию. Что удивило тогда больше всего? То, что они собирали во время раскопок крупные куски железа – танковую броню, осколки «катюш». Я не мог понять – зачем? Никакой исторической или музейной ценности эти железяки не представляли. Оказалось, ребята сдавали их  в пункты приема металлолома и покупали… бензин для поездки в новые экспедиции. Я в то время уже был довольно успешным бизнесменом. Поэтому решил помогать им финансово.

После первой экспедиции была вторая, третья… Сам не заметил, как настолько увлекся поиском, что на бизнес времени почти не оставалось. Еще со времен, когда начинал строить свой бизнес, я прекрасно знал: чтобы добиться успеха в каком-то деле, надо посвятить себя ему полностью, без остатка. Поиск на тот момент интересовал меня гораздо больше, чем давно налаженный и хорошо функционирующий семейный бизнес. Поэтому принял решение передать все дела жене и посвятить себя только поиску.

Когда в экспедиции первый раз увидел найденные человеческие останки, перестал спать по ночам. Снилась война, взрывы, крики раненых. Совершенно случайно заговорил об этом с няней своих детей, а она в ответ: «Вы знаете, мне снилось, что вы заходите в дом, а за вами – две полупрозрачные фигуры в военной форме. Они хотят вам что-то сказать, а вы их будто не слышите и не замечаете». Никогда не верил в мистику, но тут просто мороз по коже прошел: вспомнил, что совсем недавно нашли останки двух советских бойцов. При них были медали, по которым удалось установить имена, начали искать родственников.    

В тот вечер я прочел перед сном молитву и про себя сказал: «Ребята, обещаю, что найду ваших родных и похороню вас по-человечески». После этого впервые за много дней уснул спокойно. А через некоторое время мы действительно нашли родных этих солдат и пригласили их на церемонию перезахоронения, которая прошла со всеми военными почестями.

С тех пор в экспедициях приходилось находить сотни погибших, искать родных, принимать участие в перезахоронениях. И кошмары с тех пор мне больше не снятся. Хотя повидать за время экспедиций приходилось всякого.

Страшнее всего было, когда нашли останки растерянных карателями малышей, а радом с ними – игрушки… В районе села Широкое Днепропетровской области мы нашли захоронение более 200 расстрелянных мирных жителей. Никогда не забуду останки женщины, прикрывающей собой от пуль карателей то ли братишку, то ли сына… А рядом – мальчишка, который взял с собой самое. наверное, дорогое, что у него было - свисток и резиновый мячик… На место расстрела нам указал местный житель, который во время войны сам был ребенком. Он попросил найти останки погибших и установить на месте их гибели памятный знак.

В этом и заключается наша работа – искать тех, кто погиб более 65 лет назад, но до сих пор не похоронен в силу разных причин. Солдаты оставались присыпанными в окопах, землянках, траншеях… Многие места расстрелов мирного населения до сих пор неизвестны или известны только местным жителям, не каждый из которых сможет или захочет к нам обратиться. Есть и такие трагедии, как Корюковская – ужасающие по своим масштабам, но малоизвестные – советская власть предпочитала о них умалчивать. Сейчас мы по крупицам собираем данные о погибших, стараемся вернуть им имена, похоронить как подобает, по христианским канонам, с воинскими почестями.

Мы ищем материалы в архивах, опрашиваем тех, кто помнит военные годы. Это помогает вести поиск целенаправленно, не наугад. В первую очередь ищем останки солдата, которые необходимо извлечь из окопа или воронки и похоронить, чтобы успокоить его душу. Но самое большое счастье для поисковика — если находятся родственники погибшего бойца.

В прошлом году мы нашли родственников погибшего белорусского солдата Василия Лазарчука, найденного нами несколько лет назад и похороненного в братской могиле неподалеку села Недайвода Криворожского района Днепропетровской области. Его имя удалось установить по надписи, нацарапанной на солдатском котелке. Дочь и внук солдата приехали на место его захоронения, плакали и радовались, что теперь знают, где его могила, что смогут ее навещать. А дочь Василия Лазарчука сказала: «Вы как доктора, только лечите не тела, а души»…  

Наверное, ради этого мы и занимаемся поиском – чтобы лечить людские души.  И еще потому, что иначе уже не можем.

…А что же солдат Вадим Чабан, с которого все началось? – спросите вы. Эта история еще ждет своего продолжения. Я связался с литовскими поисковиками, они нашли место, где могут быть похоронены бойцы из части деда Вадима. Этим летом планирую поехать туда в экспедицию.

Для меня поиск — это судьба. Я ее выбрал или она меня – уже не важно, но я хочу заниматься этим, пока хватит сил. Как говорит крылатая фраза: «Пока не похоронен последний солдат»...  Дай Бог, чтобы это случилось еще на нашем веку. 

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Пользователи
ТЕГИ: ярослав жилкин,народная память,поисковое движение
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.