Некоторые вопросы экономической науки, на которых базируется экономика cтран.

19 декабря 2012, 21:29
0
285

Кейнсианство - регулирование экономики государственными властными институтами.

Д.М.Кейнс утверждал, что свободной рыночной экономике присуща крайняя неустойчивость. Более того, она сама по себе стремится впасть в кризис - и только активное государственное вмешательство способно его ослабить и даже предотвратить.

По Кейнсу весь доход делится на потребление и сбережение. Рост потребления вызывает увеличение загрузки уже существующих производственных мощностей, а сбережения служат основой для инвестиций, то есть создания новых мощностей. В идеально сбалансированной экономике сбережения равны инвестициям. В реальности такого равенства не наблюдается, что и вызывает либо рост безработицы, либо всплеск инфляции. Экономический рост развивается по цепочке: инвестиции - общественный доход - сбережения. Механизм роста описывается понятием мультипликатора, которое ввел в 1931 году английский экономист Р.Кан. Это числовая величина, которая тем выше, чем большую часть своего дополнительного дохода люди готовы потреблять, а не откладывать в сбережения. Чем выше склонность потреблять, тем больше мультипликатор и  напротив, если народ старается отложить каждый «сверхплановый» рубль, то величина мультипликатора падает, а за ним снижается и совокупный доход. Такая на первый взгляд странность получила в экономике название «парадокс бережливости».

Есть похожее правило и для инвестиций: чем больше их уже сделано, тем меньше дохода приносит каждый новый рубль капиталовложений. Рациональных оснований для предсказания динамики инвестиций по существу нет. Из общей теории циклов экономической активности следует: растут инвестиции, растет и экономика. Но со временем спрос насыщается, склонность к потреблению падает, а вместе с ней снижается и величина мультипликатора. Как следствие, темпы роста экономики уменьшаются, общественный доход растет все медленнее. Одновременно новые инвестиции приносят все меньшую отдачу- инвестиции снижаются.

            Каким же должно быть вмешательство государства? Ответ очевиден - все зависит от характера конкретного кризиса. Если это обычный циклический спад, то рецепт таков: нужно заменить снизившийся частный спрос государственными расходами. Общественные работы, субсидии на покупку товаров длительного пользования, пособия по безработице и бедности, программы освоения новых территорий - все приемлемо, надо в каждом случае смотреть, что полезнее. Кроме роста расходов помогает и снижение налогов - ведь оно увеличивает остающийся в распоряжении людей доход и тем самым стимулирует их потратить немного больше денег. 

Простым людям нужно освоиться с мыслью, что худшее позади и что можно перестать «зажиматься», откладывая значительную часть дохода на черный день. Ну и бизнесу, ясное дело, тоже требуется определенное время, чтобы убедиться в устойчивости разворота тенденции с падения на рост. Но сам по себе этот разворот тенденции все же происходит - нужно лишь, чтобы государство не испугалось бюджетного дефицита, вытерпело и продолжило политику стимулирования роста до тех самых пор, когда она наконец приведет к возобновлению здорового естественного подъема экономики.

 Увеличение разрыва между доходами богатых и бедных порождает снижение совокупного спроса, какое бы возникло при заметном росте безработицы.  Получается, что, помимо снижения абсолютной величины спроса, высокое социальное расслоение еще и порождает отраслевые диспропорции.

            Как справедливо указывал Кейнс, решение инвестировать в большой степени иррационально - но вовсе не безумно. Инвестор, очевидно, хочет получить доход - другое дело, что просчитать заранее шансы на его получение и возможную его величину по сути нереально. Тут-то и вступает в дело пресловутый «инстинкт», который основывается скорее на общем настроении бизнесмена, на его ощущениях и надеждах на будущее. Как уже отмечалось, в фазе накопления приличного общественного богатства растет доля сбережений у людей. Но большие сбережения имеют вполне конкретные сферы применения, которых обычно всего три - банковский вклад, недвижимость и финансовые рынки. Банковский вклад - это классика, поэтому он присутствует всегда. А когда люди богатеют, у них возникает желание попробовать что-нибудь более интересное.

            Во время роста экономики дома и особенно акции дорожают намного быстрее, чем растут производство и доходы, а во время спада - настолько же быстрее дешевеют. Что же видит наш инвестор? Он видит, что его капиталовложения приносят все меньший доход, в то время как вложения средств в недвижимость и фондовый рынок, напротив, представляются все более и более выгодными. Понятно, что видя это, он вообще перестает инвестировать и просто поддерживает текущий уровень основных фондов, лишь возмещая выбывающее из строя (амортизируемое) оборудование. Как мы уже знаем, в отсутствие прироста инвестиций перестает расти и национальный доход. Зато акции и жилые дома растут в цене все быстрее и быстрее, ведь в них начинают притекать деньги бывших инвесторов, решивших теперь поиграть на бирже или прикупить очередной дом.

            С этого момента и начинается развитие кризиса: ведь если доход в целом не растет, а та его часть, что направляется на покупку акций, увеличивается, то падают остальные затраты - то есть расходы на приобретение обычных товаров. Для самых прагматичных и динамичных предпринимателей это сигнал к снижению инвестиций - они принимаются сворачивать часть своего бизнеса. А дальше все идет по сценарию, который мы уже рассмотрели: снижаются цены, зарплаты, увольняется часть персонала, из-за этого падает национальный доход и, как следствие, совокупный спрос. Короче говоря, начинает закручиваться «спираль сжатия»: дальнейшее снижение спроса вызывает еще большее сворачивание инвестиций, новые увольнения и сокращения зарплат, то есть новое падение доходов и, на следующем витке спирали, еще большее падение производства.

            Остановить этот процесс может государство. На каком-то этапе развития кризиса оно убеждается, что это действительно кризис, а не какие-то локальные колебания спроса. Тогда оно начинает этот спрос стимулировать: увеличиваются государственные расходы, сокращаются налоги. Задача проста: нужно, чтобы прирост вызванных этими мероприятиями расходов перекрыл естественное уменьшение частных затрат. В этом случае падение приостанавливается - но не прекращается совсем: для возобновления уверенного роста потребен поток частных инвестиций, а он так сразу не начинается. Инвесторы - как, впрочем, и потребители - некоторое время воспринимают происходящее настороженно, силясь понять, действительно ли кризисную ситуацию удалось переломить или это только локальные успехи. Поэтому политика массированных госрасходов обычно длится несколько лет, после чего и к инвесторам, и к потребителям постепенно возвращается былой оптимизм - и они начинают тратить деньги по назначению.

Здесь, кстати, можно сделать отступление и подтвердить, что покупка акций - это именно форма сбережений, а вовсе не инвестиций, как почему-то считается многими. Это такое же законное сбережение, как банковский вклад или облигация - только высокорисковое. Потерять деньги, вложенные с облигации или в банк, можно лишь при чрезвычайных обстоятельствах - разорении банка или дефолте (отказе от исполнения обязательств) государства. Если же средства вложены в акции, то легко основательно проиграться и при вполне обычных условиях - акции сами по себе могут падать в цене сколько угодно. Но вернемся к описанию кризисных проблем.

Прежде всего, как уже говорилось выше, для преодоления кризиса нужно, чтобы масштабы спровоцированных государством дополнительных расходов были выше, чем величина естественного падения частных расходов.

Как уже отмечалось выше, основа выхода из кризиса после нескольких лет энергичного вмешательства государства - это реализация отложенного спроса, который накопился за время кризиса.

Несмотря на самые разные времена, «кейнсианцы» за все примерно 40 лет своего нахождения у кормила экономической власти так и не довели ни один кризис до состояния великой депрессии - но в начале 1980-х годов из власти их изгнали. Осталось теперь проанализировать, что же из этого получилось. 

 

Монетаризм – полное невмешательство государства в экономику.

 

«Все нации с капиталистическим способом производства

периодически переживают спекулятивную лихорадку,

во время которой они стремятся осуществлять делание денег

без посредства процесса производства»

Ф.Энгельс.

Купецкая порода глупее и гаже всех, ибо купцы

ставят себе самую гнусную цель в жизни

и достигают её найгнуснейшими средствами

Эразм Роттердамский.

Вскоре после падения Берлинской стены и распада Советского Союза меня часто спрашивали: что надо сделать бывшим коммунистическим странам, чтобы иметь рыночную экономику? И я отвечал: вы можете описать это в трех словах - приватизация, приватизация и еще раз приватизация. Но я оказался не прав. Пример России свидетельствует об этом. Россия провела приватизацию, но так, что были созданы, по сути, частные монополии, частные системы централизованного планирования, которые заменили централизованное планирование государства. И оказалось, что верховенство закона, наверное, более фундаментальная ценность, чем приватизация. Приватизация бессмысленна, если у вас нет власти закона.
Милтон Фридмен, Нобелевский лауреат по экономике

Как уже было сказано выше, типичный для любой крупной корпорации способ произвести масштабные инвестиции - это взять у банка большой кредит на длительный срок. Но в 1990-х годах американские фирмы нашли новый источник денег для инвестиций - фондовый рынок.  Система была такой: компания ловила период роста рынка и оптимистичных ожиданий его участников - и в этот момент проводила дополнительный выпуск своих акций. В принципе, сей акт вызывает «размывание» доходов, прибылей и дивидендов по большему числу акций, тем самым делая каждую акцию менее привлекательной для потенциальных покупателей - а значит, цена ее снижается. Но в условиях всеобщего благодушия 1990-х цена акций отражала не столько текущее положение компании, сколько ожидания ее перспектив.

Короче говоря, с точки зрения рациональных экономических соображений, корпорации занимались ерундой: они брали деньги взаймы, покупали на них свои акции, после чего выпускали новые акции и получали деньги обратно. С тем же успехом можно было просто взять кредит в банке и с его помощью инвестировать - как это и делалось раньше.

            Конечно, в этой схеме были многочисленные нюансы (доход мог быть выше расхода, за размещение акций получали неплохое вознаграждение дружественные инвестиционные банки и т. д.), но в целом это было пустое перекладывание средств из одного кармана в другой. Единственным реальным последствием этих манипуляций было лишь совершенно непристойное вздутие и без того склонного к росту фондового рынка - соответственно, и падать ему приходится теперь гораздо сильнее, чем могло бы быть, развивайся тогда события нормально. А ведь это не просто академический факт: если в период роста под дорожавшие акции давались кредиты всем без разбору, то теперь из-за стремительного удешевления этих же акций кредиты не даются никому - что только усугубляет тяжесть положения. В результате же к 2002 году американские корпорации набрали долгов примерно на 18 трлн. долларов.

Для всеобщего обвала требуется лишь некий толчок, который с учетом многочисленности внезапных напастей нынешнего времени не заставит себя ждать. Возникновение такой искры на фоне окончательного насыщения спроса на недвижимость может стать первым ударом по всей экономике, за которым последует ее быстрое «сворачивание» в спираль дефляционного коллапса. Предотвратить такое развитие событий почти невозможно из-за слабости позиций государства в экономике и отсутствия значимого по масштабам частного отложенного спроса.

В связи со всем этим возникает логичный вопрос: а разве это непонятно мудрым экономистам, отягощенным Нобелевскими премиями и неофициальными званиями великих гуру? Ведь в вышеприведенных рассуждениях нет ничего сенсационного, они не основываются на какой-то эзотерической мудрости, недоступной профанам - вполне заурядные умозаключения. И что же, неужто гиганты экономической мысли не понимают очевидных вещей? Или тут есть какой-то страшный заговор, смысл которого непонятен посторонним? При всей привлекательности последней гипотезы на самом деле верна первая: «заговор» есть лишь в среде практических финансистов и поставленных ими политиков - а вот «великие экономисты» и в самом деле довольно-таки слабо понимают, что происходит. И причина тому внешне выглядит весьма шокирующе: неолиберализм (или монетаризм) - это вообще не экономическая теория.

Еще один пример того же рода: исходя из своей теории стабильного уровня потребления, Фридман обрушился на закон о минимальной зарплате, считая, что его не должно быть в принципе. Дескать, если повысить зарплату бедным, то весь дополнительный доход они отправят в сбережения - потому что не захотят изменять привычного для себя низкого уровня потребления. Это категорически противоречит эмпирическим данным, согласно которым именно повышение доходов самых малоимущих в огромной своей части идет на потребление, ибо до этого повышения многие из них жили в долг, а вовсе не «привыкали к низкому уровню потребления».

            Но факты Фридмана уже не интересуют. Он разрабатывает основное положение монетаризма: инфляция строго пропорциональна росту денежной массы с учетом изменения скорости обращения денег. Очень удобная теория - ведь эту самую скорость саму по себе точно вычислить невозможно, поэтому на нее можно спихнуть все, что угодно.

 

Выводы.

США раньше остальных стран вступили в эпоху постиндустриальной экономики - в сфере услуг сейчас занято более 70% всей рабочей силы и создается примерно такая же доля ВВП. Защитники чилийского эксперимента приводят «экономическое чудо» как доказательство его успеха. Но здесь важно не забывать простое экономическое правило: чем глубже депрессия, тем больше последующий рост. Зачастую такой рост всего лишь возвращает экономику туда, где она была раньше (что и происходило временами в Украине!)

Чтобы понять, что происходит, полезно держать в голове две экономические идеи. Первая - это то, что в среднем за большие промежутки времени экономика всегда растет; во-первых, растет население, во-вторых, каждый работающий благодаря улучшающимся технологиям и растущей эффективности производства вырабатывает в единицу времени больше продукции. Разумеется, этот долговременный рост подвержен краткосрочным колебаниям, рецессиям и последующим подъемам. Но т.к. в целом мы видим рост, то глубокие рецессии должны сменяться еще более резкими подъемами.

 Вторая идея - это различение между реальной и потенциальной производительностью. Термин «потенциальная» несколько плох, потому что предполагает что-то воображаемое, в то время как эта производительность действительно существует. Потенциальная производительность - это то, сколько наша страна в принципе способна произвести (т.е. сколько у нас рабочих, заводов и т.д.)

Реальная производительность - это то, какая часть этих ресурсов реально используется. Например, завод может быть потенциально в состоянии выпускать 3000 машин в месяц, но в период депрессии реальная производительность может упасть до 1500 машин в месяц. Как только завод вернется к полной загрузке, мы увидим реальный рост. Но потенциальный рост появится только тогда, когда построят второй завод.

Во время рецессии реальное производство падает - миллионы рабочих теряют работу, заводы простаивают. Но потенциальная производительность остается нетронутой. Во время подъема реальное производство снова приближается к потенциальному - миллионы уволенных рабочих возвращаются на пустые заводы. Таким образом возникает видимость роста. Отметим, что такой рост достижим сравнительно быстро и легко. Но после того, как все рабочие возвратились на работу, дальнейший рост должен включать в себя рост потенциальный - то есть строительство новых заводов и рождение новых рабочих. Легко видеть, что такого роста добиться гораздо сложнее.

 

Александр Уралов.

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Пользователи
ТЕГИ: бизнес
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.