«Табачный дым» реформы высшего образования

24 декабря 2012, 13:25
политтехнолог, эксперт в сфере политической психологии, кандидат исторических наук, руководитель "Центра политической разведки"
0
313

В преддверии назначения нового руководителя Министерства образования и науки, молодежи и спорта всплывает вопрос: что дальше будет с системой высшего образования в Украине?

    Очень многие эксперты по привычке связывают судьбу высшей образовательной политики с личностью министров, а в последнее время и с влиянием потусторонних сил (имеется ввиду – по ту сторону границ страны). Журналисты посмаковали детали кадрового пасьянса, сошлись на кандидатурах Згуровского, Луцкого и Сулимы и все дружно отрапортовали: президент назначит новым министром Дмитрия Табачника.

Ни возвращение Табачника, ни тем более назначение его доверенного лица – Евгения Сулимы не способно сегодня остановить глубокий коллапс в системе высшего образования. Не нужно переоценивать роль личности в данном вопросе. Вот, например, очень часто в Министерство летят обвинения в денационализации и русификации системы образования. Но ведь мы имеем дело только с декларациями, шумом и дискуссиями в СМИ. Тем временем на низовом университетском уровне те, кому положено реализовывать нафталиновые чиновнические проекты, по сути, методично забивают на это. А непосредственные проводники воли Табачника – педагоги и админперсонал – и подавно заняты текущей работой и собственным выживанием.

    К примеру, несмотря на инструкции Министерства и решения органов местного самоуправления норму статьи 20 Закона «Об основах государственной языковой политики» никто не собирается вообще применять. В тех вузах, где преподавание велось преимущественно на русском языке, продолжают эту традицию, ну а в тех заведениях, где доминирует украиноязычная культура – никто из ее носителей и проводников в академической среде не собирается отказываться от привычных норм взаимодействия со студентами и коллегами.

    Поэтому, с другой стороны, не может быть вины чиновника в том, где создана иллюзия управляемости и подчиненности. Ну, или такая вина допускается как целенаправленно сформированное общественное мнение с целью информационной атаки, того же Табачника например. Тоже касается темы Второй мировой войны, ОУН-УПА, «оранжевой революции», голодомора и других ран в истории страны. В вузовской среде ни профессорско-преподавательская братия, ни студенческая аудитория не руководствуются заклинаниями, исходящими из офиса по проспекту Победы, наоборот тут царит безумный плюрализм и полное свободомыслие. Или вы всерьез считаете, что министерское око способно качественно переломить ситуацию в пользу устаревших идеологем или пускай даже по заказу России?

Все это составляет часть так называемых академических свобод. И именно ее бюрократия должна уничтожить, чтобы влиять существенным образом на ситуацию. Вся нынешняя политика в системе высшего образования фактически подчинена этой цели. Хоть она, откровенно следует признаться, и осуществлялась не без сопротивления организованной вузовской корпорации. В связи  с этим подведем же небольшие концептуальные итоги двухгодичного министерства Табачника для высшего образования.

    Самой масштабной попыткой уничтожения вузовского «картельного сговора» явился министерский проект Закона «О высшем образовании», согласование которого превратилось в невидимую войну между вузами и министерством. И в этой войне активным «пушечным мясом» стали студенческие общественные объединения, серьезно помышлявшие взять участие в реформировании отрасли.

Но парадокс заключался в том, что распятый общественным мнением министерский проект под № 9655, зарегистрированный в парламенте декабрем 2011 г., включал актуальные и крайне необходимые преобразования. Кратко напомню его содержание: ограничение количества органов государственной власти, обладающих право иметь высшие учебные заведения; ликвидация образовательно-квалификационного уровня «специалист»; преобразование научных степеней кандидата и доктора наук в образовательно-научный уровень доктора философии и научный уровень доктора наук; увеличение срока обучение в магистратуре, аспирантуре и докторантуре; отмена уровней аккредитации вузов и сложной системы государственных, отраслевых и вузовских стандартов образования; закрепление нормы о том, что уровень академической стипендии студента не может быть меньше прожиточного минимума; запрет увеличения размера платы за обучение на протяжении действия контракта и т.д.

    Безусловно, этот перечень мероприятий является прогрессивным и показательным, и, сто процентов, он останется канвой нового проекта, возможно с небольшими косметическими изменениями. Но хочу напомнить, для его комплексной и целенаправленной реализации денежных строк в бюджете 2013 года не нашлось. Поэтому в случае принятия уже доработанного проекта в первом полугодии следующего года без изменений бюджета возникнут объективные проблемы с его применением в жизни.


    Как помним, шум поднялся из-за привязки типа учебного заведения (университет, академия, колледж) к количеству студентов в нем, что привело бы к ликвидации и реорганизации огромного числа местных вузов, получивших в былые времена легко свой статус университетов и академий, но по факту не подтвердившие его на практике количественным показателем. О качественных показателях вообще стоит промолчать. Недовольство вызвали также нормы, ограничивающие роль студенческого самоуправления, К слову сказать, значение студенческого самоуправления последнее время действительно растет, а вместе с ним и понимание того, что неконтролируемые процессы в этой молодой отчаянной среде могут плачевно закончиться для администрации вузов и чиновников. Глухие нарекания вызвали забюрократизированные нормы процедуры  избрания ректоров, а это уже вопрос политический.

К противостоянию подключились депутаты парламента. Так в 2012 году появилось еще два законопроекта: первый под авторством оппозиционеров Арсения Яценюка и Леси Оробец, второй – регионала Юрия Мирошниченка. Но качественной PR‑кампании на законодательных новациях не получилось. Впрочем, все законопроекты, подготовленные ранее в 6-й Верховной Раде и не проголосованные в первом чтении, оказались отозванными. Так и случилось 12 декабря.

    В условиях когда судьба Табачника покрыта тайной «сионских мудрецов», вузовское антитабачниковское ополчение пошло в решающий бой. Уже 3 декабря на заседании Кабинета Министров был одобрен новый проект, подготовку которого курировал уже бывший вице-премьер-министр Сергей Тигипко с участием настроенных против Табачника ректоров вузов, Национальной академией наук и студенческими организациями. Этот документ явно уже не ассоциируется с именем экс-министра и может быть относительно спокойно одобрен парламентскими кнопками. Смею предположить, что возможно даже станет плодом компромисса между оппозиционными и провластными фракциями Рады. Вузовский истеблишмент и студенческий бомонд в своем большинстве, по задумке Тигипко, вполне могут быть удовлетворены своим участием в этом деле государственной важности и не станут мешать осуществлению реформы.

    При этом в последнем правительственном проекте есть одна норма, вызывающая жуткое раздражение всего министерского батальона: центральный орган исполнительной власти теряет контроль над определением государственной политики в сфере высшего образования, которая передается в ведение Верховной Рады. Естественно, части руководителей вузов легче договариваться с парламентским комитетом по вопросам образования и отдельными депутатами, нежели томиться в очередях к рабочему кабинету министра и его заместителей. Шок кабинетных чиновников также вызвало предполагаемое основание нового неподконтрольного Минобразованию выборного полуобщественного органа – Национального агентства по вопросам качества образования с внушительным перечнем полномочий. По сути, это полное аппаратное поражение министра Табачника и его команды в борьбе с вузовским сепаратизмом.

    Все это вышесказанное заставляет по новому посмотреть на проблему централизации отрасли. Безусловно, с одной стороны мы имеет четкую общественную позицию ректорской элиты – Згуровского, Квита, Вакарчука, которые вступали в публичные дискуссии с Табачником по вопросу академической автономии. С другой стороны, эта самая автономия порой является хорошим прикрытием для коррупционных схем, а иногда – научной, учебной вакханалии и юридических манипуляций. Простой пример. Буквально недавно Министерство в ответ на массовые случае нарушения трудовых прав работников разослало в свои низовые подразделения письмо № 1/9-887 от 10 декабря, которым пригрозило руководителям вузов персональной ответственностью за принудительную отправку по их инициативе педагогических работников во время каникул без сохранения заработной платы. Небольшая ностальгия за 90-ми годами, а по-научному – регресс.   

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Пользователи
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.