Банкиры vs журналисты: мы не лакеи, лакеи не мы...

14 августа 2013, 07:40
PR expert / journalist
0
248

«Подружитесь быстро, быстро с пулом бизнес-журналистов!».

«Подружитесь быстро, быстро с пулом бизнес-журналистов!» — подобную мыслему из уст горячо любимого СЕО практически каждый пиарчег или пресс-сек банка, наверняка, слышал не раз. Наблюдая за тем, с каким успехом коллеги-банкиры красуются на билбордах, вещают по ящику или устраивают фотосессию в глянце, некоторых СЕО буквально распирает порой от желания стать героем деловых СМИ.

Как говорил один из героев легендарных «Приключений Электроника», «у меня тоже голос, и я тоже хочу петь». Ну чем я хуже? При этом сама по себе «высокая должность» расширяет горизонты самосознания, как правило, весьма избирательно. Мне, например, в своей практике чаще приходилось буквально уговаривать СЕО-экспатов на публичный выход, аргументируя той или иной необходимостью, в то время как нашего брата и хлебом не корми — дай только выступить…

Это вчера журналисты думали, что их банкиры не любят. А сегодня многим финансистам не дают покоя лавры российского бизнесмена и банкира Олега Тинькова. Нынче у СЕО в моде тренд — зафрендить в социальных сетях популярного журналиста. Журналист тоже не лыком шит: такой дружбы не гнушается. Чего уж там, скорее даже наоборот. Читаешь себе на досуге ленту коллег по перу и вдруг узнаешь, что СЕО банка «Х», оказывается, «просто душка». Тот на яхте покатал, другой — новенький iPad презентовал по доброте душевной. Берешь в руки деловое издание, интереса ради ищешь на страницах «просто душку». Ба, а вот и он. Далее — картина маслом, уж будьте уверены. Идиллия сродни оскороносной «Москва слезам не верит» — «Гоша, предлагаю дружить домами. Коля, есть встречное предложение: дружить семьями…». ЛюбOFF, одним словом.

С механической точки зрения влюбить в себя журналиста СЕО легко и просто. Покамест озадаченный головоломкой банковский пиарчег составляет список подарков на все случаи жизни в могучем мозгу СЕО маленькой искоркой однажды вспыхивает конгениальная мысль: зачем дружить с одним, когда можно сразу с группой товарищей. Сказано — сделано. Действительно: а почему бы не провести, например, пафосный конкурс для журналистов, пишущих на экономическую тематику, наградив особо отличившихся в неравной борьбе с финансовой безграмотностью талантливых авторов памятными призами? А еще лучше взять да и открыть какой-нибудь богемный «клуб финансовых журналистов» и наводить мосты под пирожное с мороженым, да с выездами all inclusive на природу-матушку. Такой нехитрый нетворкинг практически гарантировано позволяет банкирам вдоволь потешить свое самолюбие на ярмарке тщеславия.

Другой вопрос, что со стороны это выглядит, мягко скажем, не очень. Читаешь, например, экономический обзор, и вдруг — что это? — откуда ни возьмись комментарий некоего, доселе никому не известного финансового аналитика, у которого за плечами и опыта-то работы без году неделя, и сам он даже не менеджер уровня middle management. А уже вовсю жонглирует терминологией, словно поигрывая мускулами, сыплет налево, направо макроэкономическими прогнозами. Иной раз журналист приводит «особое мнение» эксперта, усердно комментирующего, странное дело, именно те сегменты, в которых доля его банка почему-то стремится к нулю. Или, что забавнее, в то время, как банк попросту не оперирует в данной области. Ни тех, ни других, увы, не заботит то, что так тревожило Катерину Тихомирову из кинофильма «Москва слезам не верит»: «А если я что-нибудь ляпну?». Ответ закадычной подруги Людмилы на поверку ближе и понятнее: «И ляпай! Но ляпай уверенно. Это у них называется точкой зрения».

Когда я вижу подобные примеры, всегда задаю себе один и тот же вопрос: что делает пиарщик в этом банке? Спамит верной рассылкой однотипных пресс-релизов редакции? Ради постоянного мелькания имени спикера предлагает медиа его комментарии по поводу и без? А может быть, договаривается для родного барина купить позиции в замысловатых рейтингах (в конечном итоге эти же рейтинги в дальнейшем послужат в качестве демонстрации «хорошо проделанной работы» самого пиарщика или пресс-службы). «Так ведь если СЕО этого хочет — быть в топике самых цитируемых?» — возразит банковский пиарчег.

Ну что ж, если вы не можете аргументировать свою позицию, что эксклюзив базируется на избирательности, а поставленный на поток, он сливается с массовостью априори, можно, действительно, от греха подальше, и далее просиживать штаны, отбывая номер. Но участвовать в подобной клоунаде забавно и весело до тех пор, пока однажды случайно не узнаешь, что у профильных журналистов твой шеф прослыл «просто душкой» и ценят его не за эксклюзивные комментарии, а за ништяки, коих от переизбытка впору продавать с аукциона.

Процесс выстривания позитивних, но в то же время и деловых, отношений с журналистами имеет два (а не один) вектора движения — в обе стороны. Когда в одном информационном агентстве я увидел на стене знакомые часы, с которых был снят брендированный циферблат банка-дарителя, я с пониманием отметил нежелание агентства быть уличенным в заангажированности. Любой журналист-профессионал ценит в первую очередь информацию, а не воду. Поэтому, общаясь с банковскими пиарчегами, я говорил и говорю: дайте им то, что нужно их изданию, а не вашей мельнице. Они хотят быть первыми? Кто мешает дать новость эксклюзивно на час раньше, чем ее узнают все остальные СМИ?

Кстати, один известный финансовый холдинг в России давно и с успехом использует метод эксклюзивного общения СЕО со СМИ: из года в год он общается с одними и теми же журналистами одних и тех нескольких изданий. Новость, если она несет в себе реальный, а не высосанный из пальца информационный повод, должна соответствовать специфике издания, быть интересной его целевой аудитории. Благая весть о том, что банк установил в каком-то Богом забытом населенном пункте очередной банкомат, дабы быть ближе к клиентам, не интересна читателям. Поэтому в идеале базовый пресс-релиз должен быть заточен под конкретное издание, с учетом стилистики и формы подачи информации. А комментарий СЕО должен быть сопоставим его статусу и никак иначе. Быть популярным, как Ганс Христиан Андерсен, — хорошо. Но цена такой популярности — соответствующее восприятие текста читательской аудиторией — «сказочник».

Известный комментатор профессионального бокса Владимир Гендлин в ходе телевизионной трансляции одного из поединков как-то озвучил короткое, но емкое определение: «Хороший боксер. Жаль лишь, что фактически истратился к 28 годам…». Другими словами, спортсмен по совету промоутера так часто проводил бои суперфайт, что, по сути, израсходовал свой запас прочности раньше времени, на которое был рассчитан его потенциал… Не расходуйте ваших спикеров вхолостую! А не то рано или поздно пустят в расход вас…
Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Пользователи-ПРО
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.