Куликовская битва - это миф, частично списанный с походов Македонского

7 апреля 2015, 15:27
0
639
Куликовская битва - это миф, частично списанный с походов Македонского

История государства Российского - яркая иллюстрация всей сегодняшней РФ, такая же лицемерная и лживая. Дмитрий Донского никогда не выступал против своего хозяина - Золотой Орды.

Куликовская битва – один из самых значимых мифов российской историографии, частично переписанный с походов Александра Македонского
 
Если кратко, то суть битвы вообще заключается в участии Донского в золотоордынской междоусобице - он поддержал хана Тохтамыша против узурпатора Мамая. А спустя 2 года, Тохтамыш все равно сжег Москву. Т.е. вопрос об освобождении от Орды даже не стоял.

Но факт в том, что и самой битвы не было - вместо нее могла быть только незначительная стычка. Археологи и геофизики исходили Куликово поле вдоль и поперек, но почти ничего не нашли. А главного героя Куликовской битвы Дмитрия Донского Русская православная церковь канонизировала лишь в 1988 году (других русских князей времен татаро-монгольского ига причисляли к лику святых в течение лет ста после смерти, причем даже тех, кто убивал преимущественно православных и во множестве). Историки признают, что представления о Куликовской битве сложились исключительно благодаря художественной литературе. Так было ли вообще это сражение?

1. Нет следов большой битвы, а все источники - художественного характера.

Начнем с объективных свидетельств, вернее, с их отсутствия: места битвы так и не нашли – ни массовых захоронений, ни заметных остатков оружия (притом, что «источники» называют цифру до 800 тыс.воинов с одной только стороны Орды). А памятники так называемого Куликовского цикла («Сказание о Мамаевом побоище», «Задонщина», жития Дмитрия Донского и Сергия Радонежского, «Летописные повести»), по которым принято судить о Куликовской битве, демонстрируют парадоксальную закономерность.

По мере удаления от времени сражения повествование все более обрастает мелкими деталями, которые могли быть известны только участникам боя; появляются новые персонажи, причем некоторые из них – это установлено – жили позже описываемых событий; постоянно растет число убитых воинов – в «Синопсисе» 1674 года это уже 253 тысячи человек.

Словосочетание «Куликовское поле» впервые упоминается в списке «Задонщины» середины XV века, великий князь Дмитрий Иванович становится Донским лишь при царе Иване Грозном, а название «Куликовская битва» закрепляется в истории Николаем Карамзиным в начале XIX столетия.

2. Заимствовнная история. 

Все эти нестыковки не помешали императору Николаю I превратить день Куликовской битвы в общенародный праздник.

«Мифы эти получили официальное признание во время масштабных празднеств, посвященных юбилеям Дмитрия Донского, Сергия Радонежского и самой битвы, – рассказывает историк Андрей Петров, заместитель академика-секретаря Отделения историко-филологических наук Российской академии наук. – О тактике войск, ходе сражения не сообщает ни один древний источник. Нередко эпизоды “Сказания о Мамаевом побоище” напрямую заимствованы из “Повести о походе Ивана III на Новгород в 1471 году” и русской редакции сербской “Александрии”».

Последняя является переложением истории Александра Македонского и известна по спискам конца XV–XVII веков, но именно из нее взяты такие знаменитые, вошедшие в учебники фрагменты «Сказания», как построение полков, включая засадный, поединок богатырей, даже молитва Мамая во время его бегства. А разработанная военными историками схема расположения войск Дмитрия Донского перед битвой представляет собой усредненное походное построение единой русской армии, согласно разрядным книгам конца XV–XVII веков.

3. Невозможность большой битвы.

Два столетия спустя, когда появилась поголовная роспись, вся Московская Русь выставляла не более 60–80 тысяч воинов. При князе Дмитрии Ивановиче подвластные и союзные ему территории Московского и Великого Владимирского княжеств были в три раза меньше, к тому же именно его поколение выкосил голод и чумной мор. Та же напасть постигла и Золотую Орду, а потому обе враждующие стороны вряд ли смогли бы призвать под свои хоругви и бунчуки больше 30 тысяч воинов в общей сложности.

Похожая цифра получается из расчета плотности населения русских городов. Значит, и полегло от силы 5–10 тысяч человек. Да и поминальный синодик, ближайший по времени написания к битве, поименно называет лишь двух князей и восемь московских бояр и воевод. Если с каждым из первых людей княжества погибло даже по тысяче незнатных воинов, более 10 тысяч никак не получится.

Сравним эти цифры с данными по Бородинской битве, когда на поле сошлись примерно 260 тысяч воинов, а убитыми и ранеными русские потеряли около 40 тысяч, французы – 30 тысяч (хотя и эти цифры оспариваются): сколько нашли захоронений?

Меньше сотни, и те – в последние лет сорок, по большей части случайно, когда проводились широкомасштабные археологические раскопки под строительство. И это притом, что сражение происходило не в диком поле, каким был Верхний Дон больше шести столетий назад, а в населенном районе, на глазах у историков.
не был законным ханом Золотой Орды и не представлял всех монголо-татар, так же, как Дмитрий не представлял всех будущих русских. Князья Твери и Рязани еще отстаивали свою самостоятельность.

4. Сказка, раскрученная в Советское время - уже спустя 2 года Москва была сожжена, а Донской бежал.

В учебнике "История СССР" для средних школ, выпущенном в 1985 году под редакцией академика Б.А.Рыбакова, параграф 21 "Куликовская битва" начинается вполне в духе партийных документов: "Москва взяла на себя организацию борьбы против ненавистного ига". Причина: "Мамай двинул на Русь "огромное войско". Многие тысячи русских воинов пришли "со всех концов" (где были "концы" тогда, остается додумывать). "Воинов было так много, что они не умещались на улицах тогдашней Москвы". Что ни слово, то ляп. Между тем, Дмитрий собирал войска не в Москве, а в Коломне, причем не со всех концов, а из близлежащих княжеств. Исход Куликовской битвы представлен как "великая победа" на том основании, что пришельцы ушли. Общий вывод: это начало освобождения от "ига монголо-татарских ханов". Но после "великой победы", спустя два года, вновь появились "полчища монголо-татар", их вел хан Тохтамыш, хан Золотой Орды, на стороне которого Донской и выступал. Этот поход завершился взятием, разграблением и сожжением Москвы, причем великий князь оказался вне Москвы - сбежал в леса Костромы. Иначе говоря, в 1380 году одержана победа на пустом Куликовом поле, а через два года в 1382 году сдана собственная столица. После этого Московская Русь еще сто лет платила дань Орде, а русские князья вели междоусобную борьбу.
Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Новости политики
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.