Палата №6. Почему они такие тупые? (ч.3)

11 марта 2015, 11:18
журналист
14
2196
Палата №6. Почему они такие тупые? (ч.3)

«Бывают люди, которые говорят умные и хорошие слова, но чувствуешь, что они тупые люди». Антон Чехов, «Палата №6»

Продолжение. (см. ч. 1 и ч. 2).

Вся человеческая история просто переполнена эпизодами, когда беснующаяся человеко-масса (толпа) в припадке истерии ненависти, гордыни и еще каких-то страстей (наживы, зависти, предательства ближнего etc.), убежденная в собственной непогрешимости, чуть ли не святости и безнаказанности, с пеной у рта ревет: распни Христа! Да, слова или лозунги в разных эпизодах могли звучать как угодно. Это уже не так важно. Суть от этого не менялась.

Хорошо известно: никогда и ничем хорошим для толпы, впавшей в коллективное помешательство, это не кончалось. Да, в какой-то момент она достигает настолько высокой степени экзальтации и агрессии (ко всему, что не как она), что распространяет свой психоз уже как вирус бешенства, некую инфекцию сумасшествия. Стокгольмский синдром. Вот это сегодня и происходит в рамках отдельно взятой Украины. Инфицированные теряют адекватность и инстинкты человека. В т.ч. самосохранения.

Все самые кровавые войны, революции, гражданские конфликты и прочие гнусности начинались именно с этого. Человек как бы возвращается обратно в свое первобытное логово (стаю) обезьян, как будто вновь становится зверем. И затем душой (не обязательно устами) произносит вместе со стадом это самое – «распни его!». Впрочем, всякий раз этот акт безумия оказывается ничем иным, как коллективным самоубийством, самоликвидацией. Общеизвестно и каков был ответ на все это: «Не ведают, что творят».

Если волею судьбы вас сегодня угораздило оказаться прямо в эпицентре этого роя, но вы остались вне толпы (и даже плывете против ее течения) – наверное, вам очень крупно повезло. Люди с религиозным мышлением сказали бы, что это просто милость (или благодать), дарованная Свыше. Ибо вы не воете, как они (распни его!). А значит, возможно, вы прошли одно из самых важных испытаний в своей жизни. И остались собой. И это само по себе есть ценнейший опыт. Не только для вас. Для всех. И для тех, кто будет пытаться вырваться из стаи. И для потомков.

Об этом очень много в великой литературе. Об этом же и все религии, вся древняя мифология. О борьбе человека и зверя. Внутри каждого отдельно взятого человека.

Глупость – не порок (а несчастье)

Современная официальная наука о структуре мышления и массовом сознании (психология, социология и т.д.), если опустить нюансы, делит всех человеков условно на две базовые группы. Это люди рационального мышления. И люди мышления стереотипного (хотя у разных ученых или научных школ понятия и термины могут быть разными). Первые – это меньшинство. Но, как правило, очень продуктивное (как со знаком «плюс», так и со знаком «минус»). Политики, которые умудрялись поворачивать ход истории, выдающиеся ученые, писатели, художники, так или иначе влиявшие на ее (истории) зигзаги.

Есть мнение, что немало таких и просто среди нас – кто в истории и большой политике, возможно, вообще никак не отличится. Но все-таки будет заметен в кругу друзей, семьи, на работе (смелостью взглядов, некой цельностью, исключительной самодостаточностью или харизмой). Те, что со знаком «минус» – часто выдающиеся злодеи, гениальные мошенники, лидеры харизматических религиозных культов или деструктивных продуктов масскультуры (или субкультур). Есть мнение, что со знаком «плюс» все-таки большинство из них. Так как их ценности или сверхцели распространяются намного дальше личного комфорта, наживы, а порой и вопреки им. По крайней мере, это люди с какой-то глубокой внутренней духовной основой, мощнейшим созидательным стержнем, чем и притягивают («зажигают») окружающих. Скажем, в пассионарной теории этногенеза Л.Гумилева эта категория именуется пассионариями – «люди длинной воли», предприимчивые и рисковые, стремящиеся к выполнению некой сверхцели, преодолевая страх смерти или страх «быть не как все».

Вторые – это большинство (где-то 70-90% зависимо от ситуаций). Опять же, по Гумилеву – субпассионарии. Большинство необязательно молчаливое. А иногда и очень даже шумное, буйное (в эпохи смут и катастроф). Где-то в этой пропорции все это имеет место быть во всех обществах, независимо от стран или ареалов обитания людей. Где-то так оно во всех малых и больших группах, коллективах и даже субкультурах (в т.ч. в отдельно взятой фирме, в жилом доме, в компании друзей, единомышленников и т.д.). Принадлежность к той или иной группе абсолютно не зависит от места рождения (будь то постиндустриальный город или самое богом забытое село), уровня достатка, умения держать себя на людях, социального статуса и, конечно, от того, что человек сам о себе думает.

Например, индивид может быть хорошо начитан, иметь какие-то изысканные (и даже аристократические) повадки, быть высокого социального статуса (политик, олигарх, поп-звезда) или быть родственником человека высокого социального статуса. На основании чего может, задрав нос, смотреть на все свысока, казаться и думать, что он не как все. И в то же время все равно оставаться человеком стереотипным. Про таких даже слово специальное придумали – «небыдло». 

Более того, стереотипный человек может даже причислять самого себя к каким-либо меньшинствам (например, к сексуальным). И даже к очень продвинутым или ультра-модным субкультурам (например, называть себя хипстером, рокером, байкером или поклонником раста-культуры). И на том основании считать себя некой богоизбранной, выделяющейся из «этой быдло-массы» индивидуальностью. И тем не менее, жить и мыслить исключительно в рамках шаблонов, принятых всего лишь в его среде.

Грубо говоря, вторые – это те, кто в большинстве случаев никогда не плывет против течения. Это те, кто примкнул. И делает это всю жизнь. Это те, кто больше всего боится быть не как все. Оказаться вне шаблонов или стереотипов поведения (мировоззрения/мышления), принятых в большом обществе либо в рамках той социальной группы, с которой «пациент» себя ассоциирует. И это могут быть какие угодно группы. Любых масштабов. Родов деятельности и принципов самоорганизации. Предприниматели, политики, чиновники, креативный класс, журналистское сообщество, работники банковской сферы и даже – «украинская нация», жители сельской местности, столичная светская тусовка. Или, например, «те, кто стоял на Майдане» (а там, как известно, стояла «вся украинская нация»). Поскольку стереотипный человек априори неспособен плыть против течения, он не может учиться даже на собственных ошибках (если смена мировоззрения не «санкционирована» большинством из его среды или некими авторитетами). Более того, у него на корню отсутствует навык улавливать причинно-следственные связи, вычленять главное из массы второстепенного etc. А уж по части прогнозирования чего-либо, не говоря уже о каких-то макро-процессах в экономике, политике, то у человека стереотипной логики с адекватностью оценок просто грандиозные проблемы.

Люди рационального мышления (не путать с научным, хотя одно другое может хорошо дополнить) – это те, кто руководствуется исключительно своей «железной» логикой. Живет своим умом. Умом, который отнюдь необязательно книжный. Например, очень часто образование, тем более сегодняшнее фрагментарное (а уж тем более, приобретенное за взятки или связи) в этом плане может пойти и во вред (особенно для окружающих). Нет опаснее идиота, чем идиот начитанный, и на этом основании уже не считающий себя идиотом (собственно, отсюда и эта «образованщина» у Солженицына, или куда более известное «интеллигенция – де..мо народа»). Т.е. ум нестереотипного человека может быть просто житейский, а некие высокие моральные (духовные) сверхценности – обретенными в процессе воспитания, хорошей наследственности или просто какого-то уникального жизненного пути и т.п. Может быть умный обыватель и довольно глупый «ученый», волевой субпассионарий и безвольный «жертвенник», равно как и наоборот.

Так вот, к нашим баранам. Люди рационального мышления – это те, кто практически не подвержен по части принципиальных вещей полагаться просто на веру или доминирующие мнения. Такой персонаж априори не подвержен массовой пропаганде, расхожим представлениям в массах. И может с ними соглашаться или не соглашаться, но только соизмерив все своим умом, своими жизненными принципами и установками. Которые у него незыблемы, не подвержены конъюнктуре (в политике, в моде и т.д.).

Типичный представитель категории стереотипного мышления – индивид, который крайне подвержен влиянию и мнению окружающих, конъюнктуре, моде. Он вечно ищет правильный тренд, держит нос по ветру. Как обезьяна стремится подражать. И примыкает к сообществам (стаям), которые становятся трендом, суля ему много еды (пусть даже за чужой счет, отобранной нечестным способом). Еды, которой можно будет поплотнее набить брюхо. Собственно, вечная тяга «пожрать» поплотнее (шмотки подороже, тачка помоднее, стать олигархом, «панувать») – это и есть жизненнее кредо этого обывателя, вершина его мечты (хотя в 95-ти случаях из ста именно поэтому его мечтам скорее и не суждено сбыться). Однако он на каждом шагу подстраивает свою личность и всю систему ценностей с тем, как «правильно» (а точнее, модно или санкционировано сверху неким вождем-авторитетом) сегодня одеваться, какую прическу носить, как двигаться, с какой интонацией (или, например, на какой «мове») говорить, какие иметь убеждения, как думать о чем-либо etc. И делает все это скорее неосознанно. Т.е. плывет по течению.

Что же касаемо вопросов политики, то это именно тот самый индивид, кто всегда думает точно так же, как думают телеведущие (а точнее, наиболее часто мелькающие «эксперты» и прочие говорящие головы) на самых влиятельных каналах его «зомбоящика». На самых эффективных и изощренных (креативных) в деле массовой пропаганды. Впрочем, ирония судьбы для нашего «пациента» заключается в том, что он никогда не признает, что его мнение – это на самом деле мнение не его, а навязанное ему. Некими авторитетами или просто сконструированное некими «медиа-лабораториями». Более того, он искренне и от всего сердца в это верит. А в «клинических случаях» персонаж даже готов на риск или какие-то лишения (например, в кошельке) ради, как он полагает, некой сверхидеи, истины, которая якобы найдена им самостоятельно, которая впоследствии сулит ему много «печенек» и прочих «ништяков». Хотя на самом деле, действует он так лишь по собственной глупости и в силу шаблонно (стереотипно) устроенных мозгов.

В общем, казалось, вполне банальная, избитая истина: кто контролирует ведущие медиа-площадки (а точнее концептуальную часть их деятельности) – тот и контролирует всецело мозги нашего «пациента». И тогда в этих мозгах может вмонтироваться любая чушь, любая, даже взаимоисключающая, каша. Главное – авторитетно, систематично и на уровне топора. У «пациента» все равно не будет ни времени, ни навыков, ни (главное) желания наводить там порядок или проводить ревизию. Тем более, если речь идет о какой-то там большой политике и прочих высоких материях, далеко выходящих за пределы его повседневной мышиной возни или узкопрофессиональных интересов.

***

Бессмысленная чернь
Изменчива, мятежна, суеверна,
Легко пустой надежде предана,
Мгновенному внушению послушна,
Для истины глуха и равнодушна,
А баснями питается она.
(А.С.Пушкин)

Сон разума рождает чудовищ

Если «зомбоящик» настроен к обществу мирно (скажем, речь идет о некой нормальной стране, в которой СМИ и прочие «интернеты» не участвуют в подготовке очередной «цветной революции»), если он не использует скрытые пропагандистские приемы промывки мозгов и не несет какую-то откровенную ахинею (например, в нем или над ним находятся некие адекватно мыслящие цивилизованные люди, настроенные созидательно), то первая и вторая категории людей могут нормально сосуществовать в одном и том же политическом лагере.

Иными словами, человек стереотипный – это не плохо и не хорошо. Это просто данность, универсальный закон. Природа человеков, а точнее их общежития в рамках разных сообществ, стран, цивилизаций.

Но если правящие классы вдруг поворачивают куда-то не туда, в результате чего общество попадает в состояние катастрофы (или стремительно сваливается в нее), то люди стереотипного мышления, слушая «зомбоящик» (а раньше радио, газеты или просто толпу зевак на площади), будут повторять за ним все, что угодно. Соглашаясь с доминирующей (или наиболее эффектно запакованной) точкой зрения, стереотипом. В том числе, с тем, скажем, что война – это мир, что любовь – это ненависть, а дважды два – равно… пять. И даже с тем, что кратное и внезапное сокращение его качества жизни – это есть хорошо. А то, что раньше было лучше – это на самом деле плохо. И даже истребление «лишних» сограждан (врагов нации) – тоже во имя некоего очищения, оздоровления и неминуемого светлого будущего. Которое грядет.

Высшим «пилотажем» можно считать, если всему этому «табуну овец» удается внушить веру в некое абсолютное зло, которое виновно во всех бедах и этих вот «вынужденных лишениях». Зло может быть внешним. Или внутренним (евреи, еретики, москали, жидо-москали, агенты иностранных разведок или ФСБ – нужное подчеркнуть). Еще лучше – и внешним, и внутренним.

Пока овцы будут кудахтать против ветряных мельниц, волки (в овечьих шкурах?) будут их благополучно поглощать. Поодиночке. Или группами, но собранными компактно – в максимально комфортных для хищника условиях.

Как вы уже догадались, индивиды с рациональным мышлением в жизни не согласятся с этим. Они первыми скажут: а король-то голый! Для них всегда «Платон – друг, но истина – дороже». Даже если останутся белыми воронами внутри озверевшей толпы, которая собирается броситься со скалы и потянуть за собой всех. Или направиться прямиком в пасти к волкам. Ведь так «партия велит»; «этого от нас ждет все цивилизованное сообщество»; «это нужно во имя великой нации», а также «европейских ценностей и евроинтеграции», «борьбы с сепаратистами», ну и прочей лапши для приезжих.

Люди стереотипного мышления во времена смут и великих потрясений (в силу инертности и предсказуемости своего мышления) почти всегда оказываются обманутыми и облапошенными идиотами, которым предстоит весьма удивиться результатам собственных убеждений. Более того, даже если это произойдет с ними не раз и не два, они в жизни не уловят никакой причинно-следственной связи. Снова и снова они легко цепляются на крючки манипуляций (банальные и легко заимствуемые сентенции, лесть, утопические грезы, идеи-вирусы и прочие химеры) со стороны всяких проходимцев, политических психопатов, а также простых жуликов и аферистов. То есть, становятся овцами на съедение стаей волков. В эпохи потрясений они всегда пополняют ряды фанатиков новых доминирующих идеологий (особенно деструктивных, сулящих быстрые «ништяки»), становятся пехотой религиозных войн, опричниками в охоте на ведьм. Т.е. пушечным мясом в чьей-то большой игре.

Ба! Знакомые все лица!

Грубо говоря, именно этот самый «пациент», когда это стало модной тенденцией, пополнил ряды борцов-революционеров против царской власти в 1917-м. Он же – крушил церкви, доносил и яро поддерживал репрессии. При его непосредственном содействии на другом конце Европы явился Третий Рейх – вместе с концлагерями и газовыми камерами. На оккупированных территориях он тоже не растерялся – поддержал приход «великой германской нации».

А когда «Гитлера-визволителя» прогнали, этот собирательный персонаж стал «совком» – живым воплощением всей той серости, зашеренности мозгов, жлобства и подобострастия перед начальством. Поскольку «партия велела» (или ему так казалось, что велела), наш «пациент» тут же преисполнился нетерпимостью к любому инакомыслию и инаковости, ко всем внешаблонным явлениям в культуре, искусстве, музыке, науке.

А когда это стало модно и вопрос уже был решенный, он, конечно, стал ярым антисоветчиком. Поддержал развал страны, выстраданной кровью и потом его предков, которую еще вчера считал великой, начал поносить «совок». Поддержал он и реформы, в ходе которых вся обещанная ранее ему «халява» «вдруг» досталась избранному кругу олигархов. Но как только стало модным бороться с олигархами, он вышел на «революцию гидности» (спонсируемую этими же олигархами). А теперь снова (не испытывая ни малейшего разрыва в шаблоне) он – единомышленник этих олигархов, против которых вчера «восстал». Ибо так «велела партия». Так решило начальство (сегодня оно просто переехало из обкомов в вашингтоны).

Почему он такой тупой? Потому что подхалимаж перед начальством, с его точки зрения, сулит, возможно, гигантские «ништяки». Но даже если с «ништяками» в который раз предлагают подождать, зато вчерашний охранник супермаркета, таксист-нищеброд, офисный креаклиат, зачмыренный директором-деспотом, домохозяйка с тремя классами, городской маргинал-алконавт, как и запрыщевевший студент из пгт, третьесортная поп-дива, какой-нибудь рядовой колхозный жлоб, да и все это «небыдло», живущее на заокеанские гранты… Теперь все они – ГЕРОИ. Революции достоинства. Соль земли. А кое-кто даже новые «високоповажни особы». Новая, так сказать, элита, пересевшая с тракторов и мотыков с коляской на казенные «мерседесы», «порши» и депутатские кресла. Теперь с ними даже за руку «здоровкаются» белые люди из далеких вашингтонов и брюсселей.

И все-таки! Как бы это все не было грустно, есть тут и одна хорошая новость. Ложь, махровая пропаганда и всякие деструктивные культы имеют свои естественные пределы. Даже обезьяна взбунтуется (или как минимум панически ретируется), если с утра до вечера и изо дня в день ей крутить одну и ту же пластинку. Даже если за пультом стоит искусный «диджей», умеющий микшировать заезженные до дыр мелодии, излучая в мозги адресата как бы все новые и новые «месседжи». Особенно сие неизбежно, если в этой «песне» все время поется про некую халву, которая должна появиться во рту когда-то потом, тогда как брюхо (основа мотивации «пациента») испытывает все нарастающее чувство голода. То есть, когда «песня» уже становится больше несовместима с жизнью «пациента».

А это значит, что как только «диджея» (вместе с его набором пластинок) поменяют, то наш герой тут же примет новый тренд. Вначале тихо, спокойно и почти незаметно (для себя). А потом со всей свойственной ему неистовостью, фанатично. И вот тогда, вероятно, все вновь начнется сначала.

P.S. О том же у классиков

Во времена всеобщего обмана говорить правду является революционным актом (Джордж Оруэлл). Слепой фанатизм глупого человека может наделать зла более, чем усилия двадцати соединившихся вместе мошенников (Г.Гримм). Чем человек глупей, тем чаще подменяет главное второстепенным (Али Апшерони). Бесплодные умы бывают самыми плодовитыми на слова (Жозеф Саньяль-Дюбе).

Всякое ослабление умственной жизни в обществе неизбежно влечет за собой усиление материальных наклонностей и гнусно-эгоистических инстинктов (Федор Тютчев). Глупцы готовы пожертвовать всем на свете ради двух приобретений: счастья и свободы, но бывают наказаны тем, что добиваются своего; и оказывается, что испытывать счастье у них нет способностей, а что делать со свободой, они понятия не имеют (Бернард Шоу). Лишь глупцы называют своеволие свободой (Публий Корнелий Тацит). Обычай и мода – вот что управляет глупцами (Чарлз Колтон).

Орлы летают одиноко, бараны пасутся стадами (Филип Сидни). Дурак не может отменить своего мнения, потому что оно чужое (Валентин Лукьянов). Глупец, у которого большая память, исполнен мыслей и фактов; но он не умеет делать выводов и заключений, – а в этом вся суть (Люк де Клапье де Вовенарг). Глупость и тщеславие – неразлучные подруги (Пьер Бомарше).

Глупость никогда не переходит границ: где она ступит, там ее территория (Станислав Ежи Лец). Глупость обычно бывает логична (Хуго Штейнхаус). Глупость усваивается легче и быстрее (Леонид Крайнов-Рытов). Дуракам грамота вредна (Станислав Ежи Лец). Есть умные люди, которые дуреют от собственного ума, и есть дураки, которые умнеют от чужой глупости (Василий Ключевский). Начитанный болван — самая докучливая разновидность дурака (Д. Тейлор). Платье внушает глупцам уважение (Вольтер). Нет дурака хуже, чем старый дурак (Джон Лайли).

Когда народ глуп, им легче управлять (Шан Ян). Лучший способ доказать глупому, что он неправ, – предоставить ему свободу действий (Джош Биллингс). Безумие заставляет человека взять Бога за горло (Жорж Батай). Глупцов благоразумию научают несчастья (Демокрит).

P.P.S. Манку́рт – согласно роману Чингиза Айтматова «И дольше века длится день», взятый в плен человек, превращенный в бездушное рабское создание, полностью подчиненное хозяину и не помнящее ничего из предыдущей жизни.

В переносном смысле слово «манкурт» употребляется для обозначения человека, потерявшего связь со своими корнями, забывшего о своем родстве. Слово «манкурт» стало нарицательным, часто используется в публицистике. В русском языке появился неологизм «манкуртизм».

Согласно Айтматову, предназначенному в рабство пленнику обривали голову и надевали на нею шири – кусок шкуры с выйной части только что убитого верблюда. После этого ему связывали руки и ноги и надевали на шею колодку, чтобы он не мог коснуться головой земли. После чего оставляли в пустыне на несколько дней. На палящем солнце шири съеживалась, сдавливая голову. Волосы врастали в кожу, причиняя невыносимые страдания, усиливаемые жаждой. Через какое-то время жертва либо погибала, либо теряла память о прошедшей жизни, становясь идеальным рабом, лишенным собственной воли и безгранично покорным хозяину. Рабы-манкурты ценились гораздо выше обычных.

В романе рассказывается о том, как молодого человека, попавшего в плен, сделали манкуртом. Его мать долго искала сына, но, когда она нашла его, он ее не узнал. Более того, он убил ее по приказу своих хозяев.

В тексте Айтматов дает подробное определение образа: «Манкурт не знал, кто он, откуда родом-племенем, не ведал своего имени, не помнил детства, отца и матери – одним словом, манкурт не осознавал себя человеческим существом. Лишенный понимания собственного «Я», манкурт с хозяйственной точки зрения обладал целым рядом преимуществ. Он был равнозначен бессловесной твари и потому абсолютно покорен и безопасен. Он никогда не помышлял о бегстве. Для любого рабовладельца самое страшное – восстание раба. Каждый раб потенциально мятежник. Манкурт был единственным в своем роде исключением – ему в корне чужды были побуждения к бунту, неповиновению. Он не ведал таких страстей. И поэтому не было необходимости стеречь его, держать охрану и тем более подозревать в тайных замыслах. Манкурт, как собака, признавал только своих хозяев. С другими он не вступал в общение. Все его помыслы сводились к утолению чрева. Других забот он не знал. Зато порученное дело исполнял слепо, усердно, неуклонно. Манкуртов обычно заставляли делать наиболее грязную, тяжкую работу или же приставляли их к самым нудным, тягостным занятиям, требующим тупого терпения…».

По указанию журнала «Наука и жизнь», это пример слова, введенного в литературный язык в недавнее время: манкурт – человек, «который после мощного внешнего воздействия на свою психику забыл о своем прошлом и о прошлом своих предков, став одновременно покорным рабом своего хозяина. В последнее время это слово весьма широко употребляется, сохранив в своей содержательной части лишь информацию об утрате памяти о предках и потеряв важные части, сообщающие, что это, во-первых, произошло не само по себе, а в результате внешнего вмешательства и, во-вторых, это изменение превратило человека в раба».

С манкуртом не о чем говорить. Они – генетическая мутация. Историческая память, уважение к памяти предков и прошлому – для них пустые слова. Они дышат, ходят, едят и потребляют. Но людьми в полном смысле этого слова уже не являются. Прав был Чингиз Айтматов. Свою ущербность они проявляют агрессией – у них все виноваты, конечно, кроме них самих. Их довольно много и они считают, что количество их оправдывает.

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Новости политики
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.