Страна, экономить на шахтерах — себе дороже

16 апреля 2014, 14:35
0
160

27 марта Верховная Рада приняла Закон «О внесении изменений в Закон Украины «О Государственном бюджете Украины на 2014 год», которым уменьшила запланированные в декабре расходы.

Финансирование углепрома по ключевым статьям сокращено, а по некоторым полностью перекрыто: строительство, техническое переоснащение  шахт и мероприятия по охране труда остались без господдержки. Теперь эти направления должны обеспечиваться за счет собственных средств предприятий или денег инвесторов. 

 

Казалось, «революционная целесообразность» понемногу начала отступать перед экономической, но нет: урезание бюджета угольной отрасли и, в частности, отмена финансирования охраны труда заставило вспомнить старую, как Ноевы грабли, пословицу: скупой платит дважды.

 

Страховые выплаты пострадавшим на производстве шахтерам (150 тысяч человек) в 2013 году составили более 4 млрд. грн.

 

Затянем потуже

На совещании 16 марта министр энергоуглепрома Юрий Продан обсудил с ведущими специалистами от угля болевые точки отрасли: обозначил задачи и выслушал предложения, как сделать государственный сектор более сбалансированным. Но об этом позже. Вопроса охраны труда собравшиеся коснулись вскользь, хотя свежая статистика откровенно не радует: с начала года произошло 16 летальных случаев (на  семь больше, чем в прошлом году). В январе-феврале произошло 12 случаев, рост смертельного травматизма дали ГП «Макеевуголь»  — 8 случаев (1 – ССН), «Шахтерскантрацит» — 2 случая (1 – ССН); «Орджоникиндзеуголь» и Снежноеантрацит» — по 1 случаю. Произошло 6  аварий (в 2013 году –  2), в том числе один экзогенный пожар, два  взрыва газа и угольной пыли, обрушение породы и две аварии на поверхности шахты. Единственный положительный момент   по сравнению с аналогичным периодом  прошлого года общий производственный травматизм  по министерству снижен   на 6% (-18 случаев, всего 283). Согласно приказу от № 173,  с 19.02 по 05.03.2014 на угледобывающих предприятиях введен особый режим.  На всех шахтах были изданы приказы, а также составлены графики дежурства старшего надзора. Командным составом ГВГСС  и ИТР шахт  выполнялся ведомственный контроль за соблюдением безопасного ведения горных работ, требований правил и норм промышленной безопасности на обслуживаемых угледобывающих предприятиях, и в 217 случаях было запрещено ведение работ.  Однако  в марте было допущено четыре случая смертельного травматизма, среди которых один групповой: на шахте им. Мельникова» ПАО «Лисичанскуголь» получили травмы трое работников, один погиб.

  Это свидетельствует о том, что состояние дел по обеспечению контроля по безопасному ведению горных работ на некоторых шахтах отрасли ослаблено,   констатировал министр. Ситуацию надо менять и немедленно. Где надо – вводите сами, своими приказами особый режим. Повышайте контроль и требовательность. Отрасль должна работать в первую очередь – безопасно!

Генеральный директор ГП НТЦ «Углеииновация» Юрий Ященко, министр (2010 г.),  озвучил свое видение:

  Главное направление   автоматизация и комплексная механизация. Вот и вся безопасность.

 Давайте сделаем отдельную программу, — откликнулся министр.

Первый заместитель министра Игорь Попович доложил, что такая программа есть, и она работает.

  Но не всегда хватает финансирования,   подчеркнул он.

Вернее, не всем. Действительно, в прошлом году министерством было подано обоснование выделения на техническое переоснащение шахт 2,1 млрд. грн, а фактически в бюджете было предусмотрено всего 385 млн. грн. На 2014 год было заявлено 4,04 млрд. грн,  выделено   ноль. Господдержка охраны труда в 2013 году составила 50,5 млн грн. при плане 65 млн, в этом году   зеро. Две важные статьи финансирования (о которых на совещании — за десять дней до принятия нового бюджета — просто приятно поговорили) рука об руку отправились в никуда. Юрий Продан озвучил главную задачу, которую правительство поставило  перед отраслью, —  снижение бюджетной нагрузки, что является основанием для выделения денежных средств МВФ. 

— Для того чтобы ее решить, все необходимые стимулы у вас есть, — обратился Игорь Попович к генеральным.  — Это наведение элементарного порядка в экономическом блоке вопросов. Где находить резервы? В снижении стоимости материалов, в увеличении доходов от реализации угольной продукции, которая проходит через «Уголь Украины», сокращении  стоимости услуг, которые предоставляются экспертами и переработчиками. И, конечно же, в оптимизации производства и  численности сотрудников. Потому что самый основной блок — заработная плата.

— Будем пересматривать баланс, — пообещал министр, — чтобы в первую очередь профинансировали заработную плату.  Сегодня тысячи тонн угля идут на бюджетные организации по непонятно каким ценам. И не зарабатывают почему-то шахтеры. Кто-то до сих пор греется…

Казалось бы, очередные «попередники-кровосиси» свергнуты, и должна начаться справедливая и прозрачная жизнь. Безусловно, она начнется, но не сейчас, а пока придется затянуть пояса. Или петлю?  Мотивация, которой сопровождалось изготовление затягивающего приспособления, восхищает: «с целью экономичного и рационального использования государственных средств». В общем-то, именно за это и стояли на майдане, однако чтобы направить на переоснащение и охрану труда собственные средства, предприятия должны их сначала заработать, то есть добыть и продать уголь. Добывать без техники, конечно, можно – кайлом и лопатой, но сколько? Если нет, как говорил Сургай, «предмета труда». Можно перетаскивать из лавы в лаву комплексы, что безопасному труду совершенно не способствует. Можно привлекать негосударственные инвестиции, но ничто так не отпугивает инвестора, как политическая нестабильность. Можно принимать программы, которые невозможно выполнить из-за отсутствия материально-технических ресурсов, напрямую связанных с отгрузкой и своевременной оплатой за отгруженную угольную продукцию (3 млн т отечественного газового угля лежит на складах). Стоит ли удивляться,  что  лавы вводятся в строй на 4-6 месяцев позже графика? В январе-феврале горными роботами подготовлено девять (при плане 11) новых очистных забоев, в том числе две высоконагруженные лавы. Вместе с тем выбыли с отработкой запасов 10 лав  производственной мощностью 5 048 т/сут. или 143,9 тыс. т/мес.

 

Перемен, мы ждем перемен

Какие же антикризисные меры предприняты? Продавать без посредников (именно за это и стояли на майдане) по рыночным ценам, как определило министерство в приказе № 327, энергетический уголь в обогащенном виде по договорам с ГП «Уголь Украины». А вот с коксующимися углями решить вопрос приказом по министерству не получится. Это стало глобальной государственной проблемой, развязать которую ни одному из правительств еще не удалось. Ни постановления Кабмина, ни слезные письма в адрес Федерации металлургов кардинально проблему не решили (максимум, что удалось отспорить   квоты на импорт 1 млн т). Металлурги упираются по двум причинам: во-первых, введение квотирования приведет к снижению качества кокса и, как следствие, украинской металлопродукции, во-вторых, на украинских углях применение технологии вдувания пылеугольного топлива, позволяющей обходиться без газа, невозможно. Отказаться от экономии в 1,5 млрд кубометров в год ради патриотизма — на такой альтруизм нельзя рассчитывать всерьез. К тому же надо учитывать, что квотирование чревато для Украины международными судебными разбирательствами, усложнением отношений со Всемирной торговой организацией. Государству не на кого пенять: концепцию приватизации и создания вертикально интегрированных структур оно начало реализовывать еще в 2006 году и теперь пожинает плоды. Металлургия сегодня вся в частных руках, и кроме шахт в Украине, эти руки держат шахты в Америке, Австралии, России и Казахстане. В 2013 году они ввезли в страну 14 млн т  собственного заграничного угля по средней цене 197 долларов и вывезли 6 млн тонн по цене 67 долларов за тонну. «Генералы» на совещании высказались однозначно: в цепочке «шахта – обогатительная фабрика – ТЭС» бедными остаются только шахтеры, ибо ее владелец  диктует свои условия и по сути установил негосударственный контроль над работой  ГП. Получается, приватизационная цепочка, выкованная государством с благими намерениями,  закончилась для  кого-то кандалами…

Ясно, что без решения вопросов профицита и стоимости угля государственным предприятиям нет смысла наращивать добычу. Да, на первый взгляд они выглядят блекло по сравнению с предприятиями ДТЭК и по добыче (41,4 млн. т), и по производительности труда, но если посмотреть правде в глаза, то государственный сектор опосредованно финансирует предприятия олигархов. И финансирует неплохо: в прошлом году ДТЭК инвестировала в развитие шахт 4,2 млрд. гривен. Из этой суммы более 1 млрд. направлено на оснащение шахт оборудованием для очистных забоев, 571 млн.   на обновление парка проходческой техники и модернизацию транспортной цепочки.  В частности, это реконструкция копра шахты «Добропольская» ООО «ДТЭК Добропольеуголь» (общий бюджет проекта – 60 млн. грн.), увеличение пропускной способности подъемного комплекса на шахте им. Героев Космоса ПАО «ДТЭК Павлоградуголь» (общий бюджет проекта – 153,5 млн. грн.), замена вентилятора главного проветривания шахты «Комсомолец Донбасса» (общий бюджет проекта 63,8 млн. грн.); строительство воздухоподающих стволов на шахтах им. В.В. Вахрушева и им. М.В. Фрунзе ООО «ДТЭК Ровенькиантрацит» (общие бюджеты проектов – 127,7 млн. грн. и 214,7 млн. грн. соответственно), сооружение вентиляционных скважин на шахтах «Юбилейная» ПАО «ДТЭК Павлоградуголь» и «Добропольская» (общие бюджеты проектов – 235 млн. грн. и 74,7 млн. грн. соответственно).  Кроме того, продолжится работа по техническому переоснащению второй секции ЦОФ «Павлоградская» (общий бюджет проекта – 122,2 млн. грн.). Это позволит увеличить мощности по переработке рядового угля и даст возможность выпускать продукцию экспортного качества. Возможно, это как раз поможет решить проблему сбыта энергетических углей, ведь именно продукцией «Павлоградугля» (углем двойного назначения) затоварены сегодня теплостанции (он содержит 3% серы, и пустить его на кокс ли продать за границу нельзя).  

  Не было проблем в западном регионе (ни во «Львовугле», ни в «Волыньугле») с реализацией угля, пока ДТЭК не пришел в «Западэнерго»,    отметил и.о. генерального директора ГП «Львовуголь» А.П. Дьяченко. — Почти все 80% нашего угля шли на ближайшие ТЭСы, наши шахты для того и строились, чтобы обеспечивать станции. Сегодня у нас на складе скопилось  250 тыс. тонн угля   а это как раз те деньги, которых не хватает для запуска лав

Министр пообещал «генералам», что «в этом году ситуация сбалансируется, а первый заместитель заверил, что «с коксовиками и  энергетиками разговор будет снова, и жесткий».

Как известно, 12 марта в Минэнергоугля проведено совещание с участием представителей горно-металлургического комплекса и угледобывающих предприятий, добывающих коксующийся уголь. Министерством было принято решение, что предприятия ГМК Украины принимают на себя обязательства по потреблению предложенного ресурса коксующихся угольных концентратов предприятий государственной формы собственности в объеме 2700,9 тыс. тонн (среднемесячный объем — 270,1 тыс. тонн) до конца 2014 года по договорам с ГП «Уголь Украины».

С целью распределения государственного ресурса среди предприятий потребителей, ГП «Уголь Украины» обратилось к предприятиям ГМК Украины письмом от 13.03.2014 № 0255/09 с просьбой направить в адрес ГП «Уголь Украины» заявки на поставку угольной продукции, а также проекты соответствующих договоров.

Все это, конечно, хорошо, но проблема со сбытом угля связана еще и с падением промышленного производства. Так, в Донецкой области в  феврале по сравнению с  мартом  сократились объемы производства на всех основных переделах металлургического цикла: чугуна   на 16,6%, стали   на 15,1%, готового проката   на 17,2%. По данным Главного управления статистики в Донецкой области, объем  производства уменьшился по сравнению с январем 2014 года на 12,5%, а по сравнению с февралем 2013 года   на 21,2%. Мировая конъюнктура тоже не радует: Китай и Австралия диктуют свои условия на металлургическом рынке.

 

Слабое звено

Закономерно, что сокращение потребления приводит к сокращению производства, сокращение производства приводит к росту безработицы… Вот уже губернатор Кемеровской области Аман Тулеев пригласил горняков Украины на работу: «У нас 26 тысяч вакансий, в том числе не хватает шахтерских коллективов, горняцких. Ребята, давайте приезжайте к нам целыми бригадами. А мы уже обеспечим вас жильем, работой. Какая разница, где уголь добывать   в Донбассе или в Кузбассе? Тем более, что существует шахтерское братство Донбасс-Кузбасс». Заявление сделано наверняка в состоянии эйфории (после подписания договора о вхождении Крыма и Севастополя в состав Российской Федерации), но ведь уедут! И никто не считал, сколько украинских горняков уже там!

При прежнем «диктаторском» режиме хотя бы провозглашали заботу о жизни и здоровье человека труда, хоть денег и не додавали, а теперь в приоритетах – армия. Как же так   спрашивают  себя граждане и гражданки Украины, любимым тостом которых был тост «За мир во всем мире»: почему мы техническое перевооружение променяли на военное,  а охрану труда на охрану границ? Можно, конечно, тружеников Донбасса, задающих такие непатриотичные вопросы, назвать сепаратистами и вызвать в СБУ, да и дело с концом, но хочется найти логику. Дедушка исторического материализма Карл Маркс утверждал, что «политика – это квинтэссенция экономики», дескать, весь политический театр является только кривым отражением экономических процессов, которые в реальности и правят миром. Возможно, не всем известно, что, согласно актам расследования профзаболеваний (по данным «НИИ медико-экологических проблем Донбасса и угольной промышленности МОЗ Украины»), в 79,7%  случаев причиной профзаболеваний рабочих угольной промышленности является несовершенство технологических процессов добычи угля.

Напомню: страховые выплаты пострадавшим на производстве шахтерам (150 тысяч человек) в 2013 году составили более 4 млрд. грн.  Даже если прямые убытки предприятия в результате травматизма рабочих оказываются небольшими, то его косвенные последствия гораздо ощутимее. Ведь каждый несчастный случай несет за собой приостановку эксплуатации рабочего места, а то и всего предприятия. Отечественная система бухгалтерской отчетности, к сожалению, не дает возможности увидеть реальную картину затрат на преодоление последствий травматизма на производстве. По предварительным подсчетам Национального НИИ промышленной безопасности и охраны труда, убытки от несчастного случая на предприятии в среднем в 7 раз превышают затраты на охрану труда.

Всем известно, что профилактика стоит во главе угла деятельности надзора, как государственного, так и ведомственного. Расчет на то, что предприятия, обязанные отчислять на безопасность труда 3% от реализации угольной продукции, согласно закону Украины «Об охране труда»,  вряд ли оправдается: всем хорошо известно, что и в хорошие-то годы этот процент оставался теоретическим (напомню цифры прошлого года: «Волыньуголь» — 1,4%, «Первомайскуголь» — 2%, «Лисичанскуголь» — 2,1%, «Красноармейскуголь» и «Донбассантрацит»  — 2,5, «Луганскуголь» — 2,7, «Орджоникидзеуголь» и «Львовуголь» — 2,8%. Обеспеченность самоспасателями по министерству — 93%. Тех 50 миллионов, что выделены государством на охрану труда (средства коллективной защиты) в прошлом году, даже не хватило на оснащение всех предприятий приборами контроля за состоянием шахтной атмосферы и дегазации. Если решение о полном сокращении расходов на охрану труда рациональное (как написано), то есть сознательное, значит, либо новое правительство введено в оману, либо задача МВФ, которую выполняет правительство,   уничтожение если не всего углепрома, то его слабых звеньев. Кто же тянет команду назад?  

Далеко за примером ходить не надо: в 2013 году ГП «Луганскуголь» выполнило план по добыче угля на 80,7%, не справилась с годовым заданием ни одна из шахт госпредприятия. Введено в действие семь очистных забоев вместо запланированных девяти. План проведения подготовительных выработок выполнен всего на 66,9%. Сможет ли предприятие самостоятельно технически перевооружаться и заботиться о безопасности – вопрос риторический. Не лучше ситуация в ГП «Первомайскуголь» и ОАО «Лисичанскуголь». Констатируя стратегическую важность угольной отрасли для Луганского региона, новый губернатор Луганщины Михаил Болотских буквально накануне принятия закона о бюджете встретился с «генералами» и пообещал решить проблемы на самом высоком уровне — в Министерстве энергетики и угольной промышленности Украины. На пресс-конференции он заявил, что  хочет «сделать так, чтобы никогда не было стыдно смотреть людям в глаза». Чем закончился поход губернатора в верха, пресс-служба не сообщила, ибо ясно, что ничем: аккурат в этот день вышел закон об урезании бюджета. Зато отчиталась, что председатель Луганской облгосадминистрации поставил задачу перед специалистами профильных структурных подразделений ОГА и территориального управления Госгорпромнадзора обеспечить безопасность работников угольной промышленности. «В любой сфере деятельности  —  особенно в промышленном производстве  —  всегда существует опасность травматизма, гибели на производстве. Труд горняков всегда был в зоне повышенного риска, и мы должны максимально уделить внимание обеспечению их безопасности»,  —  озвучил прописные истины Болотских.

Губернатор Донецкой области Сергей Тарута в свою очередь озаботился безопасностью труда, но своеобразно: начал бороться с копанками и пообещал «на личном вертолете за свои деньги делать облет вместе с руководителями правоохранительных органов», чтобы «следить, как будет меняться картина». По его словам, сегодня на нелегальных шахтах Донетчины добывается до 5 млн тонн угля в год, который создает на рынке существенный излишек твердого топлива. "Копанки мешают нормальному развитию отрасли. С одной стороны, нелегальная добыча создает излишки на рынке угля. С другой - это использование рабского труда без соблюдения техники безопасности и оформления на работу. С этим надо решительно бороться... Мы миримся с тем, что у нас в 21 веке существует рабовладельческий труд. Люди сегодня без всякой защиты работают, они погибают, их засыпают, никто их не разыскивает, их подбрасывают на дороги", - отметил Тарута.

Губернатор также сообщил о том, что собственники нелегальных мини-шахт смогут в течение месяца подать заявку на легализацию своих угольных предприятий. "У нас есть карта местонахождения этих ям. Будем жестко бороться со всей нелегальной добычей. Все копанки, которые не пройдут легализацию, будут закрыты. Мы в течение двух месяцев должны поставить точку в этом вопросе, - заявил Тарута.

Подобные речи мы слышим каждые два года, вспоминая вечно актуальное высказывание Салтыкова-Щедрина: «Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения».

Еще при Кучме в 2003 году Совет национальной безопасности заседал по поводу нелегальной угледобычи, решения которого были введены в действие специальным президентским указом «О неотложных мерах по повышению эффективности использования недр в Украине».  Луганский губернатор того времени Александр Ефремов обещал навести порядок в этом вопросе, а тех, кто не справится, уволить в течение месяца. Но копанки почему-то выжили и продолжали множиться. Ладно еще «дыры» в огородах вымирающих поселков, где шахтеры остались без угля, как сапожники без сапог, но к 2005 году бизнес был поставлен на промышленные рельсы, а экологическая проблема набрала таких масштабов, что не реагировать на нее было уже нельзя. Оранжевая власть издала закон о борьбе с коррупцией. И тогда областные власти (в частности, облсовет) начали гиперактивно раздавать землю под освоение недр в обмен на обещание социальной ответственности. Естественно, на количество «дыр» и карьеров это существенно не повлияло – легализация многим была просто не по карману (да и любой честный бизнес в нашей стране невыгоден). Новый виток легализации начался в 2007. Приведу слова тогдашнего министра Сергея Тулуба: «Гонения на хозяев копанок ни к чему хорошему не привели. Количество их не уменьшается. И поэтому мы приняли решение организовать их работу так, чтобы она была безопасной, вывести их на легализацию. Разработан механизм, в соответствии с которым государство в лице НАК «Уголь Украины» будет скупать уголь, добытый на таких шахтах. Ни на что не намекаю, но в 2008 году площадь незаконных разработок по сравнению с 2007 годом увеличилась вдвое. Президент Ющенко в канун Дня шахтера пообещал отдать правительству поручение о радикальном упрощении порядка лицензирования малых угледобывающих предприятий… Однако пообещать – не значит жениться. Следующая волна прокатилась по Луганщине в 2009 году, в бытность губернатором  Александра Антипова, который заявил, что у местных органов власти и силовиков, ОКАЗЫВАЕТСЯ, достаточно полномочий для борьбы с незаконной разработкой полезных ископаемых. Он потребовал провести паспортизацию мест выработки, хранения и сбыта, составить реестр потенциальных мест незаконной добычи и график рекультивации мест незаконной разработки, полетал вместе с приближенными к телу журналистами на вертолете, и этим все закончилось. В начале 2011 года знамя борьбы за правое дело подхватил  Янукович, и уже в ноябре губернатор Луганщины Владимир Пристюк объявил во всеуслышание, что в Луганской области нет ни одной копанки. Новые веяния того года сразу же назвали очередным беспредельным переделом прибыльного бизнеса, а на совещаниях опять заговорили об упрощении лицензирования, едином реестре, безопасности труда и рекультивации, что закончилось постановлением Кабмина от 4 июля 2011 г., согласно которому сократился срок выдачи спецразрешений до 30 дней с момента подачи заявки. Тогда же был подсчитан ожидаемый эффект от работы малых шахт: общая сумма инвестиций, вложенных в их работу, должна была составить более 200 млн. грн.,  должно было быть создано около 5 тыс. рабочих мест, общий объём годовой добычи угля должен был составить 1,2 млн. тонн. Однако через полгода оказалось, что постановление не работает. Может, и правильно, ибо собственники малых шахт как не выполняли требования законодательства по вопросам охраны труда, так не стали выполнять. Практически на всех шахтах не соблюдаются правила противопожарной безопасности, паспорта крепления и пыле-газовый режим.  Частники нередко используют горношахтное оборудование несертифицированное, кустарное, отработавшее срок эксплуатации, или обходятся применением ручного труда. Работая в сложных геологических условиях (выемка угля из целиков в зоне опорного горного давления) не имеют разрешения на выполнение работ повышенной опасности.  Начинают работы без утвержденного проекта разработки горного отвода, разрешения на начало и выполнение работ и плана развития горных работ. Тогда, на очередном совещании, Игорь Попович озвучил очередную дату — 15 января 2012 года,  после которой государственные службы должны перестать заниматься увещеваниями, а начать действовать жестко и конкретно. В 2013 году 52  малые шахты  дали рекордный коэффициент смертельного травматизма на миллион тонн добытого угля — 21,7.  И это только официально зарегистрированные предприятия (а сколько погибли в копанках?!).  Госгорпромнадзор объявил 2014-й годом малых шахт.

Дата смерти копанок снова перенесена, теперь уже на 25 мая 2014 года — такой подарок украинскому народу на День выборов пообещал Губернатор Донецкой области.

Что происходит в угольном бизнесе на самом деле, и где заканчиваются реальные возможности призванного следить за недрами депутатского корпуса, который представляет нас с вами (а власть и недра в нашей стране, как известно из Конституции, принадлежат народу), хорошо известно. Ежу понятно, что такая масштабная и прибыльная теневая отрасль не могла столько лет существовать без прикрытия силовых и властных структур. А объяснить шахтерским матерям и женам, что легализованная копанка сразу станет намного безопаснее, все равно нереально. Особенно с учетом вышеприведенной статистики. Вспоминаются неувядающие слова господина Маркса: за определенной чертой нет такого ужасного преступления, на которое капитал не решился бы ради получения прибыли.  Значит, плясать нужно именно от этой печки. Именно поэтому на совещании у министра проблему теневой реализации угля поднял генеральный директор ГП «ДУЭК» Александр Потапенко:

— Квоты на импортный уголь —  это хорошо, но нам надо разобраться и на внутреннем уровне,  речь о копанках. В свое время мною были проведены неординарные меры. Я брал машину с фекалиями, привозил и выливал ее в копанки. Они до сих пор продолжают работать. С этим надо что-то делать. И самое интересное, что всем известно, сколько они добывают и продают.

 Давайте займемся этой проблемой, — предложил министр. — Давайте мне список фабрик и государственных, и частных. Будем вместе разбираться.

Министру хочется верить, кому ж, как не ему. Но каждое новое правительство провозглашает курс на развитие топливно-энергетического комплекса, чтобы вернуть угольной отрасли статус стратегической, предприятиям горного машиностроения    госзаказ, науке    востребованность, шахтерской профессии    престижность, стране    энергетическую независимость. Легче всего искать причину в политическом кризисе, который, безусловно, палок в колеса наставил и движение затормозил, но нельзя сбрасывать со счетов и субъективные факторы. Как, например, можно объяснить невыполнение практически всех масштабных планов по замене газа на уголь?

Почему нелегальной добычей угля опять надо предметно заниматься? Почему профсоюзные лидеры, говоря о схемах реализации угля, упорно цитируют неувядающую фразу Карамзина: "Воруют!" и призывают нового министра угольной промышленности не повторять ошибок его предшественника?

Сегодня он уверен, что повышение эффективности государственного управления отсечет теневые схемы и даст возможность работать добросовестным руководителям и инвесторам. Если госпредприятия по добыче угля будут иметь прямые договоры с заводами-потребителями и производителями на реализацию угля и на поставку оборудования, воровские схемы распадутся, а огромные деньги, воруемые на посредничестве, будут использованы в интересах предприятий угольной промышленности. Взамен он попросил «генералов» сделать все возможное, чтобы шахтеры не принимали участие в протестах. Вуаля.

Выполнив требования МВФ поэтапное повышение цены на энергоносители до уровня экономически обоснованных, правительство поддержит угольную отрасль за счет граждан Украины?

Только как бы в очередной раз не выплеснули с водой младенца.


Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Новости политики
ТЕГИ: Угольная промышленность
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.