Дело Юнкерова. У главного свидетеля по делу органическое повреждение мозга

23 ноября 2015, 23:20
0
426

Зачем Одесская областная телерадиокомпания выпускает в эфир программу, которая содержит сомнительные обвинения в адрес новой правоохранительной системы при условии новых фактов по уголовному делу?

В ноябре 2015 года эфире программы Одесской областной телерадиокомпании вышел репортаж, который содержал ряд сомнительных заявлений компрометирующих деятельность правоохранительных органов одесской области:

«Прокуратура не работает, никаких не принимают мер. Почему? Это нужно спросить у прокуратуры одесской области»

«Я бы хотел обратиться к президенту, к прокуратуре, к губернатору одесской области: Сколько можно вмешиваться этим прокурорам в дело Юнкерова»

Данные заявления в адрес силовых структур были сделаны в эфире передачи журналиста ОДТРК Оксаны Поднебесной. После выхода в эфир, репортаж также был опубликован в свободном доступе в интернете. Таким образом, ОДТРК по какой-то причине, формирует общественное мнение, которое сводится к тому, что правоохранительная система продажна и неэффективна. 

Чем занимается ОДТРК в лице журналиста Оксаны Поднебесной, которая выпустила  программу в эфир? Усреднением. Разве все сотрудники правоохранительных органов неэффективны и продажны? Нет. Необходимо рассматривать каждый конкретный случай в отдельности, и перестать вешать ярлыки всем подряд. 

Редакцией газеты «Нераскрытые Преступления» было проведено журналистское расследование, которое касалось репортажа ОДТРК. Главным действующим лицом программы Оксаны Поднебесной стал фермер Владимир Семко, фигурант одного из наших журналистских расследований.

В 2012 году в селе Гольма Семко получил тяжкие телесные повреждения в результате вооруженного нападения. После происшествия он указал правоохранительным органам на Олега Юнкерова, как на лицо, которое, по его мнению совершило преступление. В результате состоялся суд - Олегу Юнкерову был вынесен приговор о лишении свободы на 14 лет за попытку совершения умышленного убийства на заказ. При этом, стоит отметить, что заказчик органами  досудебного расследования так и не был установлен. Вся доказательная база была основана на показаниях Семко и свидетелей, ни один из которых не находился рядом с фермером во время совершения покушения. По всей видимости, именно поэтому в 2015 году кассационный суд отменил решение апелляционной инстанции. Приговор по делу Юнкерова в законную силу не вступил, но это уже юридическая часть дела. Предметом данного журналистского расследования является репортаж, который вышел в эфире ОДТРК. 

Согласно статье 59 Закона Украины «О телевидении и радиовещании» телерадиоорганизация обязана распространять объективную информацию. 

Несмотря на это, в программе ОДТРК журналист Оксана Поднебесная сделала ряд необоснованных заявлений и привела ряд фактов, которые не соответствуют действительности.

Эпизод #1

В частности Оксана Поднебесная указала на то, что ножевые ранения, которые получил Владимир Семко во дворе своего частного дома, были нанесены ему двумя нападающими. 

Однако, в тексте приговора Балтского районного суда такой информации нет. Более того, в данном приговоре записаны  показания Владимира Семко, в которых он сам говорит о том, что нападение на него  совершил один человек.

Эпизод #2

После этого в своей программе Оксана Поднебесная утверждает, что после того как фермеры передали задержанного Юнкерова сотрудникам Балтской милиции, он  признался в совершении преступления. 

Но в тексте приговора суда отсутствует указанный факт. Олег Юнкеров не признавался сотрудникам милиции в совершении преступления. Это и не удивительно, в  том состоянии, в котором он находился в момент приезда сотрудников милиции, вряд ли вообще было возможно давать какие-либо показания. 

Начальник ЦОС ГУ МВД в Одесской области Владимир Шаблиенко в одном из своих интервью, давая пояснения относительно обстоятельств задержания Юнкерова, подтвердил информацию о том, что в момент приезда на место происшествия сотрудников милиции, состояние Юнкерова требовало  предоставления медицинской помощи, поэтому после задержания  он  был доставлен в районную больницу, а не в районное отделение милиции. 

Факты прямо указывают на то, что Юнкеров нуждался в медицинской помощи, поэтому и был доставлен в больницу. Однако, журналист Оксана  Поднебесная в эфире ОДТРК сделала заявление о том, что Юнкерова отпустили через 30 минут после задержания. Тем  самым она исказила факты и ввела зрителей в заблуждение. 

Эпизод #3

В программе ОДТРК фермер Владимир Семко выразил свое недовольство работой прокуратуры в рамках уголовного производства. Он считает, что сотрудниками прокуратуры не была проведена  работа по данному делу, и не были предприняты какие-либо меры. Получается, что обвинительный приговор в 14 лет, по мнению Семко, свидетельствуют о бездействии правоохранительных органов? А может быть просто фермеру Семко не нравится тот факт, что Кассационный суд отменил решение апелляционной инстанции? Но ведь таким образом, кассация прямо указывает на то, что в этом уголовном  деле есть очень много черных пятен.

Эпизод #4

К примеру, Владимир Семко в эфире ОДТРК утверждает, что всем давно уже известна фамилия заказчика. Кому известна эта информация? Почему заказчик в таком случае не сидит на скамье подсудимых? И почему эти данные не содержатся в тексте приговора? 

Почему фермер Семко в интервью ОДТРК делает ряд необоснованных заявлений и пытается искажать факты? Чем, по сути,  является сюжет, который вышел в эфире одесской областной телерадиокомпании? Попыткой объективно разобраться в ситуации или авторской программой Владимира Семко?

Во время интервью было сделано множество необоснованных заявлений как фермером Семко, так и журналистом Оксаной Поднебесной. Однако, самым циничным заявлением программы ОДТРК является заявление журналиста о том, что Дмитрия Семко, сына фермера, уволили из органов милиции, сфальсифицировав дело. Вспомним обстоятельства увольнения Дмитрия Семко из правоохранительных органов. 

29 апреля 2015 года сын фермера Семко, будучи на тот момент, сотрудником транспортной милиции, решил устроить «сафари» в Котовске. 

Именно это и стало причиной увольнения и возбуждения в отношении него уголовного дела. Дмитрий Семко открыл огонь в мирных жителей возле бара «Перлина», в результате чего был ранен случайный прохожий. В виду того, что Котовск это маленький город, где все друг друга знают, и то, что правонарушителем был сотрудник милиции, данное событие сразу приобрело большой резонанс. И этот вопиющий факт нарушения закона Дмитрием Семко, журналист Оксана Поднебесная называет сфальсифицированным делом.

Откуда столько лжи в одном репортаже Одесской областной телерадиоорганизации? Но главное, почему эта программа вышла именно сейчас? Может потому, что 24 ноября состоится судебное заседание после возврата дела из кассации? Зачем давить на суд с помощью средств массовой информации? Может потому, что однажды это уже обеспечило положительный результат фермеру Семко?

Перед разбирательством первой инстанции, в эфире телеканала АТВ вышел сюжет по уголовному делу Юнкерова. В день вынесения приговора также не обошлось без СМИ. В результате – обвинительный приговор в виде лишения свободы сроком на 14 лет. Обратите внимание на выбор средства массовой информации. ОДТРК не является профильным телеканалом в области уголовной юстиции, но при этом, ОДТРК покрывает своим вещанием практически всю одесскую область. Даже в тех районах, где нет интернета и кабельного телевидения, есть ОДТРК.

Для того, чтобы разобраться в юридической части данного уголовного дела, редакция Газеты «Нераскрытые Преступления» взяла интервью у адвоката Панченко Ольги Викторовны, которая дала следующие пояснения относительно проводимого в отношении ее подзащитного Юнкерова О.А. уголовного производства:

«2 ноября 2015 г. в Апелляционный суд Одесской области при рассмотрении данного дела явилась съемочная группа ОДТРК. Мне как защитнику Юнкерова, было предложено дать интервью. Я  согласилась. Потому как  я понимала, что если я не дам интервью, то в эфир пойдет односторонняя информация только со стороны потерпевшего. Интервью журналистам данного телеканала я дала, но, к сожалению, в прямой эфир пошла только малая его часть, поэтому я считаю необходимым повториться, и дополнить мое интервью. Почему я это делаю? Потому что стороной потерпевшего на протяжении нескольких лет  формируется некое общественное мнение по данному делу с помощь средств массовой информации. До настоящего момента, при том, что у меня есть письменное разрешение моего подзащитного на раскрытие адвокатской тайны, я молчала. Но сейчас я понимаю, что у меня такой возможности больше нет, в интересах моего подзащитного я обязана отвечать.  

Итак,  Балтским районным судом одесской области мой подзащитный  был признан виновным в совершении попытки умышленного убийства на заказ из корыстных мотивов. Апелляционный суд одесской области, данный приговор оставил в силе. Не согласившись с данным приговором, я обратилась в  Высший специализированный суд Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел. Высший специализированный суд мою жалобу частично удовлетворил, и направил дело на новое апелляционное рассмотрение, которое сейчас и идет. Что же написал суд в своем определении? Цитирую (язык оригинала):

«На вказаний вирок місцевого суду, захисником Тумасяном, в інтересах засудженого Юнкерова, була подана апеляційна скарга, в якій захисник наводячи відповідні доводи, які стосуються невідповідності висновки суду фактичним обставинам кримінального провадження, неповноти та однобічності судового розгляду зазначав, зокрема, що не встановлено замовника злочину, та не встановлено прямого умислу Юнкерова на позбавлення життя потерпілого, що Юнкерів не мав корисливих мотивів  вчинення кримінального правопорушення, вказував на відсутність в діях засудженого таких кваліфікуючих ознак кримінального правопорушення, як вчинення вбивства на замовлення та вчинення  з корисливих мотивів і просив вирок місцевого суду скасувати, та постановити вирок, яким Юнкерова визнати невинуватим. Проте визнаємо, що наведені доводи апеляційної скарги захисника необґрунтовані, Апеляційний суд докладних мотивів прийнятого рішення в ухвалі не навів, доводи апеляційної скарги захисника належним чином не перевірив, не зазначив підстави через які вони визначені  необґрунтованими, обмежився лише переліченням доказів, які наведені у вироку суду першої інстанції, і при цьому узагальнено та формально сказав що про спростування доводів вказане апеляційною скаргою. За таких обставин доводи захисника щодо незаконності ухвали Апеляційного суду, у зв”язку з тим, що дана ухвала невмотивована, та не містить підстав з яких апеляційна скарга захисника Тумасяна була визнана безпідставною, є обґрунтованою, і зазначені порушення, допущені Апеляційним судом, на думку колегії судів є такими, що істотне вплинуло на правильність рішення суду апеляційною інстанцією».

О чем пишет Высший специализированный суд Украины? О том, что решение суда апелляционной инстанции является незаконным. Более того, Высший специализированный суд указывает, что не в части прямого умысла, доводы моего коллеги адвоката Тумасяна, который подавал апелляционную жалобу, не были судом даже проверены. Тоже самое  касается и отсутствия заказчика, и корыстного умысла Юнкерова. Речь идет о том, что  решение суда апелляционной инстанции является незаконным. Является ли оно заведомо незаконным, заведомо неправосудным, или это просто какая-то халатность, на настоящий момент времени, я не могу ничего утверждать. Но если суд апелляционной инстанции, зная все это,  вынес, подобного рода определение, то действия данных судей подпадают под статью уголовного кодекса. Это вынесение заведомо неправосудного решения. Но в данной части никаких доказательств у меня нет, поэтому никаких утверждений я не делаю. Вменяемый моему подзащитному корыстный умысел, то есть, то, что Юнкеров имел умысел убить потерпевшего Семко и делал это из корыстного мотива, подтверждается только показаниями одного свидетеля Кифоренко. Этот человек утверждает, что после того как Юнкеров был задержан, он ему в приватной беседе сознался в том, что ему за это заплатили тысячу долларов. Именно на этом основании суд первой инстанции и пришел к выводу о том, что у моего подзащитного был корыстный мотив. 

В ответ на адвокатский запрос из Балтского районного комиссариата я получила письмо о том, что гражданин Кофоренко, «военную службу в Украине не проходил в связи с тем, что он к ней не пригоден. Непригодность эта вызвана тем, что у данного гражданина есть психотические и непсихотические психические расстройства вследствие органического поражения головного мозга; б) при померновыраженных психических нарушениях.» Органы досудебного расследования не обязаны проверять на вменяемость либо невменяемость свидетелей по делу, однако мне известно, что мой коллега, который осуществлял защиту Юнкерова в суде первой инстанции, адвокат Тумасян, обращался к суду первой инстанции с ходатайством о том, чтобы затребовать информацию по данному гражданину Кифоренко, но получил отказ. 


Получается так, что главный свидетель по делу на основании показания, которого суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Юнкеров имел намерение, имел мотив на убийство гражданина Семко из корыстных мотивов, имеет психические расстройства.


Чтобы еще хотелось отметить? Гражданин Семко в эфире ОДТРК показывал шрамы от причиненных ножом телесных повреждений, и утверждал, что это сделал мой подзащитный. Тогда требуется найти орудие преступление. Но орудия преступления найдено не было. Почему органы досудебного расследования этого не сделали неизвестно. Никаких препятствий для этого не вижу. От места события до места задержания Юнкерова не такое большое расстояние. Все события произошли в конце октября 2015 года, никакой густой травы, в которой сотрудники правоохранительных органов могли не заметить орудие преступления, даже если предположить, что Юнкеров  его мог  выбросить, не было. Поэтому  никаких препятствий у сотрудников правоохранительных органов не было. Но орудия преступления не нашли. Каким образом оно могло исчезнуть? По утверждению самого потерпевшего, Юнкеров бежал с места преступления. То есть, выбросить орудие совершения преступления, он мог только где-то по дороге, но его там не было. Может быть причина в том, что этот нож не Юнкерова, а чей-то еще, и тот, кому он принадлежит этот нож и спрятал, чтобы органы досудебного следствия его не нашли,  чтобы органы досудебного следствия не могли снять отпечатки пальцев с этого ножа, и понять, что Юнкеров не имеет к нему никакого отношения. Если такое лицо, как мой подзащитный было осуждено за попутку умышленного убийства на заказ, то должен быть заказчик, но органами досудебного следствия в течение 3 лет заказчик так и не был найден. Не найден, я так понимаю, в силу того, что его не существует.  В приговоре Балтского районного суда  от 20 марта 2014 года заказчика нет, никто на скамье подсудимых вместе с подзащитным Юнкеровым не сидел. Тогда каким образом можно признать человека виновным в попытке умышленного убийства на заказ, если заказчика нет. 

Заказчика нет, орудия совершения преступления нет, у главного свидетеля по делу психические расстройства, каких-либо телефонных переговоров, скрытых видеозаписей на которых Юнкеров получает поручение на убийство, деньги за убийство нет. Есть только показания потерпевшей стороны, на основании которых суд первой инстанции и вынес обвинительный приговор. Но в Украине существует презумпция невиновности, которая говорит о том, что каждый человек до того момента времени пока его вина не будет доказана в суде считается невиновным. И органы досудебного расследования, и суд первой инстанции и апелляционный суд, и любой другой суд уголовный суд Украины обязаны исходить из того, что человек не виновен. Однако, в данном случае  и  суд первой инстанции, и органы досудебного расследования рассматривали только одну версию о том, что подзащитный Юнкеров виновен, что является прямым нарушением положений и конституции Украины и положений Уголовного процессуального кодекса Украины. почему сложилась такая ситуация? Почему рассматривалась  только одна версия, что Юнкеров виновен в этом преступлении, несмотря на отсутствие доказательств? Предположений много. Может быть  потому, что сын потерпевшего Дмитрий Семко работал в милиции в Котовске, может быть вследствие халатности, может вследствие того, что имела место некомпетентность сотрудников милиции. Это неизвестно. Но известно то, что никаких доказательств виновности моего подзащитного нет, и мне известно, что рассматривалась только версия его виновности, что является прямым нарушением закона. 

24 ноября состоится судебное заседание в Апелляционном суде. Там будут присутствовать потерпевший и скорее всего журналисты ОДТРК. Когда человек прав ему не нужна толпа, чтобы доказывать свою правоту. Когда человек прав, он может один быть против толпы. В данном случае, сторона потерпевшего постоянно нуждается в какой-то массе людей, для того чтобы доказать свою правоту. В суде первой инстанции представители потерпевшего привели в суд журналистов, они присутствовали при вынесении приговора, и сейчас, когда дело вернулось из суда кассационной инстанции, который указал на прямые нарушения закона, в судебном заседании появляется журналист. Когда человек прав ему толпа не нужна. 


Говорить напрямую, на камеру для журналистов,  я  вынуждена, потому что стороной потерпевшего создается такая негативная масса, которая может повредить интересам моего подзащитного» 


Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: События в Украине
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.