Наследники фараонов с ружьями

21 июля 2013, 16:18
0
1432

Уже почти 2 года Египет страдает болезнью под названием "Хронический Тахрир"

Улицы и площади Египта сегодня напоминают сцены из фильма о Парижской коммуне. Вот на трассе имени 6 Октября, ведущей к площади Тахрир, сооружают баррикаду сторонники свергнутого президента Мохаммеда Мурси (см.«Винтовка рождает власть»). А возле президентского дворца в Каире возвышаются баррикады противников президента-исламиста. Рядом блокпост, где бунтующие против исламистов уличные революционеры в касках и с резиновыми дубинками в руках останавливают и осматривают проезжающие автомобили.

Военные, взявшие власть в свои руки в ходе переворота в ночь с 3 на 4 июля, фактически отдали город противоборствующим группировкам. Солдаты охраняют только военные объекты и Египетский музей, а также периодически блокируют основные очаги активности исламистов, как, например, Каирский университет в Гизе.

Халяльная экономика

На протяжении года Мохаммед Мурси и исламисты с равнодушием сфинкса наблюдали за незатихающими акциями протеста простых египтян, недовольством политиков и бизнесменов. Первые два месяца после победы на президентских выборах Мурси страной совместно управляли исламисты и Высший совет вооруженных сил. Но в августе 2012 года президент отправил в отставку главу Высшего совета маршала Мохаммеда Хусейна Тантави, четко дав тем самым понять, что искать компромисса с армией не намерен. «Первым просчетом исламистов стала монополизация власти, когда они демонстративно оттолкнули от диалога другие политические группы. Второй ошибкой стали попытки захвата бизнеса, в том числе и у военных. А главное, они упустили момент, когда их оппоненты объединились. К тому же экономический кризис подорвал их авторитет среди населения. Даже когда армия провозгласила ультиматум, они до последнего отказывались идти на диалог», — подчеркнул исполнительный директор Центра ближневосточных исследований Игорь Семиволос.

Военные победили, поскольку оказались не только наиболее организованной, но и самой компромиссной силой

Отстранив военных, исламисты занялись возведением пирамиды собственной власти, игнорируя интересы военных, коммерсантов и основной массы египтян. По большому счету, новый президент копировал курс бывшего лидера Хосни Мубарака(свергнутого в ходе Арабской весны) как во внешней, так и во внутренней политике. Кроме того, за  год своего правления Мурси и «Братья-мусульмане» продемонстрировали готовность исламизировать Египет, перекроив общественные отношения, экономику и психологию людей по лекалам своего видения шариата. Однако вместо обещанного «покращення» начали расти цены на продукты, безработица стала бить всё новые рекорды, а правящие исламисты лишь призывали народ еще более усердно молиться. Около полутора тысяч иностранных фабрик, закрытых после событий Арабской весны, так и не возобновили свою работу, а туристический поток, во времена Мубарака приносивший в бюджет до миллиарда долларов в месяц, продолжил сокращаться после каждого заявления исламистов о своем негативном отношении к «неверным».

При исламистах стало трудно получить лицензию на бизнес, связанный с продажей алкоголя и различными развлекательными шоу. Депутат от «Братьев-мусульман» Азза аль-Джарфпублично задалась вопросом: «С какой стати туристам пить виски, водку, коньяк и прочий алкоголь в Египте, когда они у себя на родине и так в нём недостатка не испытывают?»

«Египет слишком набожен, чтобы наблюдать пляжный туризм и полуобнаженную натуру, разгуливающую там, где отдыхают люди»

Мохаммед Саад эль-Кататни
глава «Братьев-мусульман», бывший спикер нижней палаты парламента Египта

Если мир воспринимает события в Египте через телевизионную картинку протестов на площади Тахрир и баррикад на прилегающих улицах, то для египтян повседневная жизнь — это длинные ежедневные очереди за хлебом, бензином и другими товарами первой необходимости. С момента отставки Мубарака в январе 2011 года золотовалютные резервы страны сократились на 60%.

Одна из особенностей экономической политики Египта — государственные субсидии, ставшие традицией еще со времен президента Гамаль Абдель Насера. Государство субсидирует египтянам приобретение бензина, хлеба, природного газа и удобрений. Но за год правления Мурси поступления в казну серьезно упали, и субсидии сегодня составляют непосильную для бюджета страны пятую его часть, притом что бюджетный дефицит возрос до 13% ВВП. Цены повысились, и теперь обычная египетская семья тратит на питание около 50% своих доходов. Согласно официальным данным властей, за чертой бедноты сегодня проживают 25,2% египтян, а еще 23,7% находятся у самой черты.

В своей предвыборной программе Мурси обещал привлечь в Египет инвестиции и снизить безработицу до семи процентов к 2016 году. Но на момент его свержения восемь из десяти молодых египтян в возрасте до 30 лет не имели работы, хотя более чем у четверти из них — университетский диплом.

Вместо решительных шагов «Братья-мусульмане» сконцентрировались на экзотических инициативах вроде повышения пошлин на импорт креветок или закрытия магазинов при наступлении вечера, чтобы экономить электричество. А еще занялись внешними заимствованиями, когда правительство пыталось выправить ситуацию с помощью займов на общую сумму пять миллиардов долларов у таких стран Персидского залива, как Катар.

Армия в авторитете

У исламистов в Египте было два варианта действий. Согласно первому, они могли осуществить реформы политической системы и экономики страны, чего требовали протестующие на площади Тахрир зимой 2012 года. Но «Братья-мусульмане» выбрали второй вариант, характерный для всех популистов, которые, получив власть, быстро понимают, что у них нет ни программы, ни управленческих кадров, ни опыта для управления страной. И поэтому начинают «закручивать гайки», то есть преследовать инакомыслящих, отбирать или разрушать бизнес, сочувствующий политическим конкурентам.

Мировая история на множестве примеров показывает, что в условиях, когда страну охватывает хаос, к власти приходит не самая массовая или популярная, а наиболее организованная сила. В современном Египте таких сил как минимум три. Во-первых, существующие с 1928 года «Братья-мусульмане», имеющие в своем составе боевые отряды. Во-вторых, спецслужбы, взращенные во времена президента Мубарака. И, наконец, армия.

Исламисты из «Братьев-мусульман» опираются в первую очередь на городские низы и сельскую бедноту, восприимчивые к религиозной пропаганде. Спецслужбы в современном Египте не имеют шансов, поскольку воспринимаются как неотъемлемая часть по-прежнему непопулярного режима Мубарака. А вот армия исторически пользуется высоким авторитетом в стране. Кроме того, военные оказались самой компромиссной силой.

И перед ними сейчас стоит одна задача — продемонстрировать, что они нацелены не на узурпацию власти, а на поиск компромисса между сторонниками армии и Мурси, религиозными общинами мусульман, христиан-коптов и других религий, а также разноплановым египетским бизнесом. Свергнув Мурси, военные привели к присяге временного президента — бывшего главу Высшего конституционного суда Египта Адли Мансура. Перед временным президентом стоит задача создать легитимный фундамент для новой власти, поэтому его первыми заявлениями стали обещания вынести на референдум новую конституцию и провести выборы в обе палаты парламента в начале 2014 года (см. «Полувоенный фараон»).

Очевидно, что рано или поздно необходимо будет проводить выборы президента, но здесь существует риск, что их вновь выиграет ставленник исламистов. Ведь всего год назад Мохаммед Мурси выиграл выборы с результатом 51,7% голосов, в то время как среди военных и их союзников нет популярных фигур, кроме Ахмеда Шафика, бывшего командующего ВВС при Мубараке и временного премьера с января по март 2011 года. Поэтому 13 июля Генеральная прокуратура Египта распространила информацию о расследовании выдвинутых против Мурси и некоторых руководителей «Братьев-мусульман» обвинений в шпионаже, призывах к насилию и нанесении ущерба экономике. А по египетским законам политик, находящийся под судом, не может выдвигать свою кандидатуру.

Заграница держит нейтралитет

Соединенные Штаты устами госдепартамента оперативно дали понять, что больше не считают Мурси президентом страны, при этом Вашингтон старается не употреблять характеристики «государственный переворот». Не прозвучало никаких заявлений о пересмотре планов поставки в Египет четырех истребителей F-16 или возможном отказе Международного валютного фонда в кредите на сумму 4,8 млрд долларов. Власти Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов сразу же после переворота пообещали предоставить администрации Мансура кредиты на общую сумму восемь миллиардов долларов, а аравийский монарх Абдалла II вместе с обещаниями выделить пять миллиардов долларов еще и направил военным официальные поздравления.

Показательно, что во время официальной встречи между Бараком Обамой и Абдаллой II американский президент заявил о необходимости запустить в Египте демократический процесс и передать власть гражданской администрации. То есть, если читать между строк, основные внешнеполитические игроки со спокойной душой списали Мурси со счетов. И тут показательно, что на пост вице-президента военные назначили проамериканского либерального политика, бывшего гендиректора МАГАТЭ Мохаммеда эль-Барадеи, а главой МИД — бывшего посла в США Набиля Фахми. Учитывая лояльное отношение Вашингтона и других внешнеполитических игроков, военные имеют все шансы удержать власть в Египте, если проведут на пост президента своего сторонника и стабилизируют ситуацию в экономике. А главное — предложат многонациональному египетскому обществу компромиссную конструкцию государственной власти и политический курс, учитывающие потребности большинства религиозных групп и национальностей.

Раскол элит

Андрей Манчук, главный редактор портала www.liva.com.ua, участник событий на площади Тахрир:

— Египетские элиты расколоты. Значительная часть буржуазии поддерживает Мохаммеда Мурси, но многие представители правящего класса являются противниками «Братьев-мусульман». В бедных кварталах есть как сторонники, так и противники Мурси. Противники мусульман имеют некоторый перевес в больших городах вроде Каира или Александрии, а их сторонники более сильны в сельской провинции. На баррикадах с обеих сторон находятся представители городской бедноты, а ряды приверженцев Мурси пополняются еще и за счет крестьян.

Но за спиной всех участников революции стоит крупный бизнес. Например, сторонников Мурси финансово поддерживает Хайрат аш-Шатыр (он арестован военными сразу после переворота 3–4 июля. — «Эксперт»), которого соратники называют «брат-финансист». Собственник крупных торговых центров и магазинов аш-Шатыр занимался мануфактурой, разработкой программного обеспечения, строительными проектами совместно с капиталом из Бахрейна, Саудовской Аравии и Катара, а также имел деловые отношения с американскими бизнесменами.

Генерал Абдель Фаттах аль-Сиси популярен в Каире во многом из-за традиционной популярности армии в Египте. На нее возлагают надежды как на силу, способную преодолеть глубокий социально-экономический и общественный кризис. В стране со времен Насера исторически существует политическая традиция, противопоставляющая армию влиянию исламистов — неслучайно на Тахрире портреты Сиси часто соседствуют с портретами Насера. Что касается Мохаммеда эль-Барадеи, то улица считает его проамериканским политиком, Амир Муса имеет похожую репутацию, а Ахмед Шафик ассоциируется с Мубараком.

«Братья-мусульмане» остаются влиятельной политической силой, имеющей разветвленную организацию, финансовый капитал и боевые отряды. А противники исламистов, хотя и многочисленны, но представляют собой разношерстную коалицию разных политических и идейных взглядов. Поэтому пока в Египте не появится мощная светская партия с программой социальных реформ, противники исламистов будут вынуждены искать поддержку армии, а военные станут использовать ситуацию для сохранения своего бизнеса и влияния.

Революционная драма далека от завершения

Алексей Малашенко, доктор исторических наук, сопредседатель программы «Религия, общество и безопасность» в Московском центре Карнеги:

— Политика Мохаммеда Мурси не удовлетворила ни светских либералов, ни салафитов, ни  военных, которые к тому же стали опасаться за свой бизнес. Поэтому его насильственная отставка была предсказуема. Внятного плана реформ у «Братьев-мусульман» не было, как и времени для их проведения, хотя Мурси пытался что-то изменить и даже попробовал улучшить положение мелкого и среднего бизнеса.

Революционная драма далека от завершения. Перед Египтом стоит угроза гражданской войны. И грядущие парламентские и президентские выборы вряд ли внесут окончательную ясность в ситуацию. Общество расколото, действующие на египетской политической сцене силы могут захватить власть, но вряд ли способны ее удержать.

Армия, выступающая и как арбитр, и как самостоятельная политическая сила, далеко не едина. Ни одна сторона пока не имеет яркую личность, способную вызвать всеобщее доверие и привлечь на свою сторону большинство общества.

На мой взгляд, внешние игроки в лице США, Саудовской Аравии, Катара не верят в способность египетских политиков навести порядок. Сегодня открыто поддержать армию — значит признать, что в стране произошел военный переворот и новая «непонятная» власть не имеет должной легитимности.

http://www.expert.ua/articles/8/0/11593/

Рубрика "Я - Корреспондент" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Редакция не разделяет позицию блогеров и не отвечает за достоверность изложенных ими фактов.
РАЗДЕЛ: Гости Корреспондента
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.